Книга В холод, страница 67 – Нелл Уайт-Смит

— Все в порядке, госпожа Лейнаарр, вы продержались всю бурю, вы дождались помощи. Все члены вашей группы выжили.

Кажется, я села на снег, и господин Тройр сел вместе со мной. Нас быстро окружили собаки. Они по-прежнему производили кучу шума, но теперь лезли в лицо мягкими и теплыми языками, кажется глупо радуясь чему-то или не менее недальновидно за что-то благодаря. Господин Тройр очень спокойно и очень убедительно повторил:

— Вы продержались.

— Я… — начала я объяснять ему то, что и сама толком не понимала, — совершила какую-то ошибку с пещерой. Неправильно вырыла. Или… или нас завалило. Пещера растаяла, мы промокли, и, кажется, внутри кончился кислород, я…

— Я принял ответственность на себя. Пока вы защищали свою группу, никто не погиб. — Он заставил меня посмотреть ему в глаза и предельно отчетливо повторил: — Никто не погиб, пока вы оставались руководительницей.

— Значит, значит… — догадалась я о причинах его настойчивости и, не договорив, спрятала лицо у него в плече. Ну я же и сама все понимала. Не глупая ведь, понимала сама.

— Ну, вставайте, дорогая госпожа Лейнаарр, — мягко попросил меня подошедший доктор Дрейрар. — Нам нельзя терять время.

Я послушалась. Дала закутать себя и прошла вперед до саней.Удивительно, но Найлок внутри еще дышал, смотрел на меня водянистыми глазами. Участвовавшие в спасательной операции помогли мне взобраться на сани, согласившись с тем, что я и сама добралась бы на лыжах. Затем впряглись и потянули вперед почти бегом. И я поняла, что если они спешат, если спешка имеет значение, то и жизнь Найлока еще не кончена, а значит, еще не обязательно, еще вовсе не обязательно, что я убила его.

— Вот. — Доктор Дрейрар, явно не выдерживающий темпа, вручил мне термос. — Пейте не переставая. Когда этот закончится, внизу вы найдете еще три. Ваша задача — разогревать организм и не засыпать. Поняли меня?

— А Найлок? — спросила я, перекрикивая поднявших переполох собак. Их лай продолжал отзываться импульсами головной боли, уже отступающей и потому в каком-то смысле приятной за счет контраста.

— У него есть шанс! Не позволяйте ему спать! Говорите с ним! — напутствовал меня доктор Дрейрар, спеша рядом с санями, но начиная задыхаться и отставать. Еще несколько реплик, и я наблюдала, как его фигура уменьшается вдали рядом с рослым силуэтом господина Тройра, высокого и надежного, словно снегоходный голем.

Одна из собак, та, что шла в упряжке Найлока первой, оглянулась, затем посмотрела на пса рядом с собой и снова оглянулась. Выбранный ею пес поспешил присоединиться к доктору Дрейрару и господину Тройру, возомнив, что их охраняет. Наивно, но мне казалось иногда, что в животных сохраняется какая-то часть искры Сотворителя, иначе называемой нами душой.

— Я расскажу тебе о твоей матери, дочка, — сказал Найлок. Я посмотрела на него. Я обещала с ним говорить, но совершенно не хотела слушать, и не стала бы, если бы от этого не зависели наши жизни. — Я знаю, ты думаешь, что во мне нет ничего живого, что все, что я делаю, я делаю только для себя. И кровь у меня правда порченая, черная у меня кровь, злая кровь, но… твоя мать… О Сотворитель, твоя мать была особенной!

— Да, — сказала я коротко, — особенной. Мы все особенные. Как снежинки.

Попади в пургу и попробуй различить хоть одну. Меня воспитали «Северные Линии». Они дали мне все, и я не хотела никаких историй о родителях. За мной сохранялось право в любой момент их услышать, но я никогда не спрашивала Центр.