Книга Искусственные ужасы, страница 200 – Борис Хантаев, Ольга Кочешева

Звук уведомления заставил его перевести взгляд в верхний правый угол, где висело новое сообщение. Он открыл его и быстро пробежался глазами по тексту, а потом прочёл заново, только на сей раз внимательно. Его руки задрожали, но не от тремора, который одолевал его в течение дня, а от понимания, что ему написал сам Густав Фишер. Если высшие силы существуют, то сейчас они встали на их сторону.

Какова была вероятность, что Густав сам отыщет его сайт – не зря всё-таки Павел потратил время и продублировал всё на немецком языке – и напишет? Один из ста. А то и меньше. А он нашёл и написал. Это было большой удачей и, возможно, чудом. В такие моменты Павел верил, что они на правильном пути. Хотя через минуту червячок подозрения, что это происки самого Роберта, вылез насекунду, но он отмёл этот вариант. Потому что уже зацепился за то, что теперь их разговор пойдёт в совершенно другом русле. А может, ему и вовсе удастся отговорить Фишера ставить пьесу. Хотя всё это были лишь мечты, мечты. Не нужно спешить вперёд паровоза.

Он, наконец вспомнив, что изначально они придерживались другого плана, поспешил предупредить ребят. Телефон нашёлся под рукой, и он набрал Кате.

– Планы меняются, – сообщил Павел. Лицо от волнения вспотело, а редкие седые волосы прилипли ко лбу и вискам. – Вы где?

– Под его дверью. Только, кажется, его дома нет. Мы уже несколько минут стучим, боюсь, всех соседей перебудим. Я сама хотела тебя набрать.

– Пожалуйста, внимательно выслушай меня. Я только что получил письмо на имейл от Густава.

– Ты серьёзно? Что он написал?

– Не перебивай меня, дай сказать. Он хочет встретиться, и ему нужна наша, – он выделил это голосом, – помощь.

На той стороне послышался взволнованный вздох.

– Поэтому возвращайтесь в машину, снимайте эти балахоны и через пять минут снова постучитесь. А я пока ему отвечу.

– Думаешь, он дома?

– Думаю, да. Просто этот маскарад теперь лишний. Скажешь ему, что вы пришли помочь и что ему нужно поехать с вами. А я буду вас ждать.

Павел отключился и стал не спеша набирать сообщение. Пальцы почти не слушались, но через несколько минут он отправил письмо.

В голове гудело, а ему оставалось только ждать возвращения ребят. В том, что теперь Густав Фишер поедет с ними, он не сомневался.

* * *

Обратная дорога заняла меньше времени, чем до города. А может, Кате это только показалось. После звонка Павла они сделали всё, как он и сказал. Густав открыл им дверь после первого стука, словно давно уже их ждал. Хоть и выглядел слегка обеспокоенным. В жизни Густав Фишер выглядел не так, как на фотографиях. Щуплый мужчина чуть выше среднего роста не производил должного впечатления. Кате его лицо показалось осунувшимся, под глазами залегли глубокие тени. Морщины на лбу значительно старили, хотя ему было только слегка за тридцать.

На сказанные слова он лишь кивнул и отступил, позволяя им войти. Они ждали недолго. Густав быстро накинул кардиган, взял плотную папку в руки и, молча затворив дверь квартиры, последовал за ними. Пока они спускались, он не задавал никаких вопросов и только перед тем, как сесть в автомобиль, взволнованноспросил, куда они едут. Ответом ему было: «В безопасное место». И, кажется, он успокоился, хоть и ненадолго. Когда они покинули город, Катя, поглядывая в зеркало заднего вида, заметила, что Густав прикрыл глаза и глубоко задышал. Когда Богдан свернул на тёмный участок дороги, ещё больше отдаляясь от Берлина, Фишер провёл рукой по волосам и закусил губу. А иногда начинал чесать или растирать кожу. Видно было, что волнение то отступало, то накрывало его с новой силой. В конце концов он сплёл пальцы и уставился в окно.