Книга По тропам волшебных лесов, страница 114 – Яна Вуд

– Ладно… Что будешь делать с вами? Проходите. Только учтите, я не врала ни про еду, ни про тесноту. – Она улыбнулась уголком рта. – Меня, кстати, Рона зовут. Добро пожаловать в Килм.

Домик и правда оказался маленьким и бедным. Посреди комнаты горел очаг, над ним висел большой закопченный котел, в котором обычно варили пищу. В левом углу стоял широкий рубленый стол да пара лавок.

Хейта замерла. Ей живо припомнился родной дом в деревне Кихт, и сердце девушки защемило от тоски. Но она сдержалась и не подала виду.

– Проходите за стол. Сейчас завтракать будем, – наказала Рона.

Путники, побросав заплечные мешки у входа, охотно повиновались. За минувшее время они уже успели изрядно проголодаться. Скоро на столе появились глиняные миски с овощной похлебкой и тарелка с кусочками черствого хлеба.

Рона села во главе стола. Хейта поглядела на нее задумчиво. Это означало, что Рона была в доме и за хозяина, и за хозяйку. Хейте вновь припомнился покинутый дом и родная мать. Она могла представить, как тяжело было в одиночку вести хозяйство и воспитывать ребенка. И уважение к этой незнакомой женщине в ее сердце возросло стократ.

В дэронгском доме без окон стоял спасительный полумрак, поэтому Хейта и Мар без опаски опустили свои капюшоны. Но несчастный упырь, пищей которому служили только сырые мясо и кровь, выглядел потерянным и невеселым. Он лениво пожевывал корочку хлеба, морщась при этом так, будто его заставили есть траву.

Тиорна, быстро покончив с едой, незаметно улизнула из-за стола, тихо подобралась к Мару и потянула его за рукав.

– Куклу… дай… пожалуйста, – прошептала она на всеобщем, подбирая слова.

Но от бдительной Роны трудно было что-либо утаить.

– Тиорна, выпрашивать нехорошо! – строго сказала она.

– Ничего, – поспешно ответил Мар. – Я и сам подарить хотел. – Поднявшись из-за стола, он пошарил рукой в мешке и вскоре извлек на свет душистую куколку.

Тиорна аж запищала от радости. Подхватила игрушку, поблагодарила Мара и убежала в уголок играть. Гэдор, смекнув, что теперь им никто не помешает, решился задать Роне тревожащий его вопрос.

– Я вот все думаю, – начал он издалека. – На что вам в деревне люди, понимающие толк в оружии? Уж не стряслось ли чего?

– Нет, – поспешно ответила Рона.

– Нет? – переспросил Брон.

Рона кивнула.

– А отчего тогда у тебя руки дрожат? – тихо добавил он.

Все разом воззрились на Рону. Ее рука, судорожно сжимавшая ложку, и впрямь часто подрагивала. Резко отбросив ложку, женщина скрестила руки на груди и с досадой потупила взгляд.

– Все в порядке, – ласково произнесла Хейта. – Ведь мы не из праздного любопытства спрашиваем, а желаем помочь.

Рона обратила на нее взор, исполненный внутренней муки. Наконец, она подалась вперед и заговорила отрывисто и тихо:

– Мы не знаем, что творится. Уже больше недели каждую ночь из деревни пропадают дети. Один за другим. Никому не известно, как это происходит и кто за этим стоит. Люди, потерявшие детей, клянутся, что дежурили у детской постели всю ночь. – Рона тяжко вздохнула. – Я не желала говорить об этом, потому что мне страшно. Страшно за Тиорну. Да и ее лишний раз пугать не хочу. Успела уже давеча про это в деревне наслушаться. Хватит с нее.

– Выходит… – задумчиво обронила Хейта. – Выходит, этой ночью тоже кто-то пропал?