Книга Мы придём из видений и снов, страница 128 – Яна Вуд

– Кто ты такая? И как ты смогла противиться нашим чарам?

Она вдруг осознала, что он сказал, кем является. Она же, охваченная яростью, пропустила это мимо ушей.

«Сиранис», – мысленно повторила она. Дух пустыни. Знаний об этих существах в книгах пастырей было немного. Сиранисы – вечные странники, негласные стражи пустыни. Их пение подчиняло, их облик обманывал. За прекрасной людской внешностью скрывались тела леопардов, и, в отличие от оборотней, этот облик у сиранисов был первичным. Его они носили каждый день, надевая людские лица только в случае необходимости.

– Что вам от нас нужно? – твердо спросила Хейта, и ее голос не дрогнул.

– Ваша жизнь, – просто ответил сиранис. – Мы пропускаем тех, кто не замышляет дурного. Удел всех остальных – смерть.

Харпа зарычала и сверкнула глазами.

– С чего вы решили, что мы замышляем дурное? У нас это на лбу написано, что ли?!

– Ваше прошлое окутано тьмой, ваши руки не раз обагрялись кровью, – просто ответил он, вперив в Харпу пристальный взгляд, точно ему было видно больше, чем другим. – Вас уличали в воровстве, – он перевел взгляд на Мара, – во лжи, и не единожды. Вы убивали тех, кто вам дорог, и тех, кто был вашей семьей. – Он метнул взгляд в сторону Брона.

Жар, стоявший по правую руку от него, поджал губы.

– Не много ли вы берете на себя, обвиняя нас во всех злодеяниях?

Сиранис смерил его холодным взглядом.

– Я ни за что не поверю, что вы пришли сюда с добрыми намерениями.

Брон яростно стиснул зубы.

– Хорошо, и как нам вас переубедить?

Тот пожал плечами.

– Никак, не думаю, что у вас получится. Но вы можете поклясться. – Он перевел взгляд на Хейту. – Пусть она принесет мне кровную клятву. Если она солжет, я почую это в запахе крови.

Мар сдвинул брови.

– Кровную клятву. Это то, о чем я думаю?

Сиранис метнул в его сторону испытующий взор и кивнул.

– Да, упырь, я укушу ее, а она поклянется. Если она не соврет, мы сможем вас отпустить.

Брон подался вперед и сдавленно зарычал.

– Для столь мудрых существ вы слишком непрозорливы. Угрожаете тем, кому не следовало бы. Быть может, мы просто дадим вам отпор и заберем несколько жизней. Все лучше, чем позволить вам вонзить клыки в ее кожу.

Сиранисы зашипели и оскалились. И существа в обличье людей вторили своим собратьям в облике животных.

– Кровная клятва, или вашей кровью мы накормим песок. И вам несказанно повезло, что мы вообще предоставили выбор. У большинства его нет.

Оборотни и упырь оскалились в ответ.

Харпа не удержалась от едкого смешка:

– Как великодушно!

– Довольно. – Хейта решительно шагнула вперед и, отбросив подол плаща, закатала рукав рубашки.

– Кусай. Мы и так из-за вас потеряли много времени.

Он сжал ее запястье. Его руки были горячими, как песок, раскаленный под лучами полуденного солнца, казалось, они прожигали кожу насквозь, и Хейта невольно вздрогнула. Она почуяла, как за ее спиной дернулся Брон.

Отчего-то она ощущала его лучше и яснее других. Его страх за нее, желание оказаться рядом и уберечь от боли. Мысли об этом наполнили ее сердце теплом, и страх, пустивший в нем корни, невзирая на ее твердокаменную решимость, бесследно истаял.

– Я готова, – повторила она жестче.

Сиранис не стал церемониться. Поднес ее руку к своему лицу, широко распахнув клыкастый рот, точно собирался не укусить, а отгрызть целиком, а в следующий миг его острые клыки вонзились в кожу, там, где в такт сердцу Хейты дрожала синяя жилка.