Книга Ледяная ночь. 31 история для жутких вечеров, страница 24 – Саша Гран, Анна Щучкина, Евгения Липницкая, и др.

– В каком-то смысле. – Юноша шагнул ближе. Ни его лицо, ни голос не выражали ни единой эмоции, и все же Хельм ощутил от него такую волну злобы, что едва удержался, чтобы не загородить Рагнара собой. Но и тот, вряд ли ничего не почуяв, виду не подал.

– Давай же, вещий мертвец[18], расскажи нам о произошедшем. – Насмешливый оскал Рагнара выглядел издевательски.

– Тот, кто живет в этом доме, – колдун, поднявший из могил мертвецов, а многих и лично умертвивший. Он заклинаниями заставил их работать на себя и каждого в деревне, кто заплатит ему. Живой раб рано или поздно избавится от твоей власти, уйдя к Хель, а мертвый будет с тобой так долго, пока не истлеют его кости.

Рагнар ничего не ответил, лицо его казалось обманчиво спокойным. Но Хельм лучше всех знал: ни один его злой оскал не может быть хуже ледяного взгляда.

– Сам ты откуда так много знаешь и почему не ведешь себя как они?

– Я его сын, – ответил юноша, глядя пустыми немигающими глазами. – Еще до смерти втайне от него нанес защитные символы, чтобы, даже если поднимет, не смог подчинить себе.

– Собственного сына! – изумился Хельм.

– А чего добру пропадать, верно ведь? – В словах Рагнара не слышалось насмешки. – Убил тебя он же?

Юноша кивнул.

– Ему не понравилось, что я пытался вызволить мертвых. И то, что не собираюсь привораживать дочку местного конунга[19]. И то… ему много чего во мне не нравилось. Думал, что мертвым я буду послушнее.

А вместо этого парень все же смог освободить мертвецов и повести их против пленителя. «Сильный бы из него вышел колдун», – только и успел подумать Хельм.

Дальше мысли смешались и спутались, потому что Рагнар, круто развернувшись, бросился к дому колдуна. Одного мощного прыжка в волчьем обличье ему хватило, чтобы оказаться около двери, и никакие защитные руны не удержали его. Сам Хельм проталкивался сквозь ряды драугов, а Рагнар уже выволок колдуна в зубах и очередным мощным прыжком взлетел с ним на крышу.

Придавив ногой еще крепкого на вид мужчину, Рагнар вновь обратился человеком и закричал:

– Слушайте меня, живые и мертвые! – Голос, усиленный магией, разнесся по всей деревне. – Живые повинны в том, что не давали душам умерших отправиться к Хель, жаждали получить людей в бесконечное рабство. Мертвые, гнев ваш оправдан, и вы заслуживаете отмщения. – С этими словами он рассек собственное запястье когтями и прямо в воздухе, точно раздирая саму ткань мироздания, вырезал кровоточащие руны. – Отныне вход в любой дом этого селения вам открыт, идите и спросите со своих мучителей за годы унижения. – Рагнар кинул колдуна прямо в толпу драугов.

– Ты хоть понимаешь, что творишь? – закричал Хельм, вплотную подобравшись к дому.

Толпа драугов отхлынула, и вскоре из самой гущи раздались истошные крики колдуна. Его Хельму не было жаль, а вот остальных…

– Несу заслуженное возмездие, – ответил Рагнар, глядя на Хельма сверху вниз. Короткие волосы его серебрились в тусклом зимнем свете, а глаза горели солнечным огнем. – Разве не заслужили эти люди, чтобы убитые ими поквитались с ними?

– Откуда ты знаешь, что они убивали?

– Многие из них, если не все, – вновь вступил в разговор мертвый юноша, – убивали непокорных или слабых рабов, чтобы получить послушных и не ведающих усталости драугов.

Хельм не сразу нашелся что ответить: такая жестокость даже его, многое видевшего, поразила.