Книга Ледяная ночь. 31 история для жутких вечеров, страница 47 – Саша Гран, Анна Щучкина, Евгения Липницкая, и др.

– Мне все очень понравилось, это был самый лучший сюрприз, – лежа на груди Антона, призналась Вера. – И знаешь, я хочу тебя за это отблагодарить по-особенному. Но для начала сходи в душ и хорошенько там все вымой, – сказала она, бросив взгляд на его ширинку.

Дважды ему не требовалось повторять, и если в каких-то ситуациях Антона и можно было назвать тугодумом, то только не в тех, когда дело касалось минета. В такие моменты он ловил любые намеки, ведь не каждый раз его «солдатик» мог побывать в святая святых.

Антон мигом и без лишних слов залетел в ванную комнату, скинул с себя всю одежду и встал под горячий душ. Шампунь, как назло, закончился, поэтому пришлось воспользоваться старым куском хозяйственного мыла: в любви, как и на войне, все средства хороши. Он уже все там тщательно намылил, как вдруг в ванной мигнул свет, будто кто-то щелкнул несколько раз выключателем. А затем послышалась странная мелодия, точно не «Король и Шут». Откуда-то доносились надрывные звуки рояля и скрипки, которая словно не пела, а кричала от боли. Мелодия, похожая на вальс – только чересчур зловещий, прямо-таки созданный для чьих-то похорон, – с каждой секундой становилась все громче.

И в этом неумолимом музыкальном потоке Антон увидел снеговика с маленьким красным пятнышком. Он стоял в углу и сверлил абсолютно голого Антона металлическими глазами из пивных пробок.

А потом появился он, как джин, только из очень дерьмового ужастика. Высокий мужчина с черными кучерявыми волосами и козлиной бородкой, полностью лишенный кожи на своем влажном от крови теле. Антон видел его органы, переплетения кровеносных сосудов, которые до сих пор работали, под слизистым покровом выделялись контуры мышц, все сухожилия и белые нити нервных окончаний.

– Кажется, это тебе я обязан своим возвращением? – произнес жуткий монстр, который словно сбежал из анатомического музея. – Поэтому готов выполнить одно твое желание.

– Одно мое желание? – в шоке переспросил Антон; горячая вода до сих пор била из душа, поэтому вся ванная наполнилась паром. – Одно мое желание?! Исчезни отсюда нахер, как тебе такое желание?!

– Как это грубо – выражаться при живом новогоднем чуде, – заметил монстр без кожи, который при жизни получил прозвище Кожевник. – Но что ты там говоришь… у тебя есть другое желание? Я внимательно тебя слушаю. Хочешь, чтобы я срезал всю твою кожу и сделал из нее себе новый костюм?

– Я ничего не говорил, – растерялся Антон, а потом, когда монстр стал к нему приближаться, оставляя на керамической плитке кровавые следы от своих ног, закричал: – Вера, вызывай полицию!

К жуткой мелодии адского вальса прибавилось механическое жужжание, какое обычно исходит от работающей швейной машинки.

– Хочу сразу предупредить, будет больно. Но, как говорят философы, вся наша жизнь – одна сплошная боль, – предупредил Кожевник. – Я сделаю все быстро, не успеешь и глазом моргнуть.

* * *

«Король и Шут» играл на максимальную мощность китайской колонки. Вера уже затянула волосы в высокий хвост, подложила подушку для коленей перед кроватью, в общем, подготовилась к своей признательности за столь приятный сюрприз. В ее копилке практически не осталось денег, поэтому она надеялась, что маленькая, но сладкая благодарность пойдет в зачет. Как там говорится… минет придумали женщины без денег.