Книга Иная Богемия, страница 114 – Юлия Макс

– Конечно.

– Все, кроме одного?

– Да. Но, как вы знаете, он сгорел в охотничьем доме вместе с одним из наших предков.

Увидев на лице дяди грустную улыбку, она спросила:

– Тот журнал не сгорел, да?

– Не сгорел. Но у меня его нет.

– Но вы думаете, что там хранятся важные записи?

– Все хронологические журналы важны, милая. А тот, который скрыли – еще и опасен. Предполагаю, что в нем есть то, что поможет тебе найти влколаков, а сейчас они ох как нужны Богемии.

– Вы знаете, да? Знаете о нападениях в Праге?

Дядя грустно усмехнулся и расстегнул ворот рубашки: на груди висела тонкая серебряная цепочка с гладким крестом. Энн на секунду показалось, что она спит – слишком нереальным было его понимание ситуации с вампирами.

– Где же его искать?

– Думаю, это будет не сложно. Наш род всегда старался передавать знания, так?

– Да.

– Значит, журнал или уже у тебя, или ты знаешь, где он может быть.

– Маловероятно. Родители этим не интересовались, тогда логично, что они не могли мне его передать. Даже вы не имеете представления, где он.

У Франтишка завибрировал телефон, и он с сожалением поднялся.

– Ох, сколько уже времени! Мне пора, милая.

– Но… – Энн тоже поднялась, сжимая в руках чашку с кофе.

– Тебя воспитывали не только нанятые родителями гувернантки, верно?

Энн закусила губу, вспоминая счастливые моменты в компании любимого деда, который всегда знал, как ее заинтересовать и развлечь.

– Дед умер, когда мне было десять.

– Знаю, как и то, что он был одним из выдающихся умов своего времени и, думаю, наверняка владел журналом.

Энн в задумчивости проводила дядю до дверей. Уже на пороге Франтишек обернулся, взял ее руки в свои теплые и крепкие ладони.

– А еще я знаю, что твой дед очень сильно тебя любил, милая. Если он владел секретом, то оставить его мог только тебе, как и графский титул.

– Дядя? Почему вы не искали хронологический журнал, раз собирали всю историю рода?

– Искал в молодые годы, но потом мне дали понять, что он предназначен не мне, а я уважаю выбор наследника, тем более теперь, когда точно знаю, кто им стал.

– Понимаю.

– Боюсь, милая, что могу помочь тебе только информацией. Если у тебя возникнут вопросы – позвони.

Энн смотрела на удаляющуюся энергичную фигуру Франтишка Кинских, думая, как хотела бы так же уйти и не быть причастной к ночным событиям. Но она уже причастна, более того, послужила спусковым механизмом к тому, что барьер пал и город кишит кровопийцами. Не полезь она за короной, ничего бы и не случилось.

Орден Фауста, несколько упырей да один влколак не удержат сотни монстров, которые с каждой ночью обращают все больше жителей города. Возможно, в журнале найдется то, о чем говорил брат Вильгельма, или хоть какая-то дополнительная информация о ей подобных существах.

Зарывшись в шкаф с документами, Энн начала поиск всего, что было связано с ее дедом: фото, заметки, его военные медали и ордена. Спустя час она поникла: все казалось бесполезным.

«Дед очень любил тебя», – вспомнила она слова дяди.

Энн уставилась на снимок Михала Кинских. Коренастый бородатый мужчина, с легкой улыбкой, в неизменном твидовом пиджаке, с книгой в руках. Эту фотографию Энн хранила у себя как самую любимую – в этом был ее дед – всегда что-то читающий, всегда наполненный каким-то внутренним светом и оптимизмом.