Книга Эпоха крови и пурпурных слез, страница 66 – Эдди Кан

Сжав губы, Мирэ предпочла промолчать, боясь сказать лишнего. Появление Джина и правда стало началом всех странных событий в ее жизни, однако теперь было слишком опасно сдавать Сонга детективу Сонмину. Без хранителя или демона, кем бы ни был Джин, у Мирэ не было шансов достигнуть целей в одиночку; ей еще предстояло вернуть книгу Ханьюла и разобраться с причиной появления тварей.

– Уже слишком поздно, детектив, – вежливо улыбнулась Мирэ, надеясь, что ее намек достаточно очевиден.

– Вы правы, – согласился Сонмин и коротко кивнул. – Будьте осторожны, госпожа Вон. И не теряйте мою визитку.

– Разумеется, – твердо заверила Мирэ. – Спасибо, детектив.

Наконец Сонмин толкнул дверь и вышел из квартиры, накрыв рукой отворот куртки. Мирэ догадалась: именно там был внутренний карман, куда он спрятал пробирку. Вдруг Мирэ осенило.

– Детектив Чон Сонмин! – позвала она, когда тот уже нажал на кнопку вызова лифта. Обернувшись, детектив вопросительно посмотрел на Мирэ. – Что-то снова случилось в квартире госпожи Мин? – спросила она, надеясь понять, почему безупречный вид Сонмина был безнадежно испорчен.

В этот момент звякнул лифт и гостеприимно раскрыл свои двери, приглашая войти. Детектив зашел в кабину и нажал на кнопку нужного этажа. Прежде чем двери закрылись, Сонмин коротко кивнул. Мирэ видела, как напряженно заходили желваки у него на лице.

– Нападавший вернулся, – сказал Чон за секунду до того, как двери лифта закрылись, скрывая от Мирэ его лицо. Значит, Сонмин видел куму…

Заперев дверь, хотя со сломанным и выкорчеванным замком это было сложно, Мирэ вернулась в гостиную, обнимая себя за плечи. Почему-то в доме стало холодно и неуютно, а быть может, это ощущение было навеяно воображением.

В комнате погасили свет, Сон-Хо развалился на одном из диванов среди подушек и уже тихо сопел, зарывшись в клетчатый плед. Джина Мирэ обнаружила в кресле с умной колонкой в руках. Неужели он собирался снова всю ночь напролет вести дискуссии с машиной? Посмотрев в сторону своей комнаты, Мирэ передернулась. Меньше всего ей хотелось оставаться одной, особенно после слов детектива. Вдруг кума все еще поблизости и метка жнеца не станет для зверя запретом?

– Сон-Хо уже спит… – опустившись на второй диван, Мирэ почти с завистью посмотрела на ассистента. Ей спать совсем не хотелось, но она была бы рада отключиться от реальности хоть на чуть-чуть, до рассвета.

– Он выпил какие-то… таблетки, – опустив умную колонку, ответил Джин с небольшой паузой. Очевидно, перебирал в голове новые слова, и «таблетки» были в их числе. Мирэ показалось это малость забавным, и она слабо улыбнулась, но скоро снова помрачнела как туча.

– Джин… – ища поддержки, она посмотрела на Сонга. – Укус кумы… безопасен? – Мирэ стало плохо от мысли, что Сон-Хо мог умереть из-за инфекции или еще чего, что попало в его кровь вместе со слюной чудовища.

Сонг прижал руку к своему плечу и опустил взгляд, обдумывая ответ.

– Нет, – наконец ответил он. – Но тебе не о чем волноваться. Мочи укусил Сон-Хо, будучи в обличье пса, яд кумы не попал в его организм. Зверь представляет опасность только после обращения.

– А что насчет тебя? – выпалила Мирэ прежде, чем успела осмыслить свое любопытство. Ее голос все еще звенел от напряжения и выдавал искреннее волнение. Джин посмотрел на нее удивленным взглядом, очевидно, не ожидая, что за него вообще кто-то станет переживать.