Книга Песни хищных птиц, страница 196 – Рия Альв

– Почему… ты даже… не пытаешься? – Каждое слово сопровождалось судорожным всхлипом.

Я открыл глаза. Принцесса все так же нависала надо мной, но теперь голова ее была опущена. Волосы падали, укрывая нас, словно шатром, так что я не видел ничего больше, кроме ее лица и рук, судорожно сжимавших нож. Лезвие застыло рядом с шеей, так и не вонзившись.

– Ну же, выпусти свои нити, свяжи меня.

Я покачал головой. Принцесса снова говорила странные вещи.

– Но разве это не приказ твоей хозяйки? Хочешь, чтобы я правда убила тебя?

– Да.

Руки принцессы дрогнули. Я думал, что она сейчас вонзит кинжал, но она, наоборот, отстранила его. Странно, ведь она спросила, чего я хочу, а я ей ответил.

– Давай, выпусти нити! Свяжи меня! Сделай хоть что-то! Я не могу убить того, кто не сопротивляется, как ты этого не понимаешь?!

Теперь она почему-то злилась. Я правда не понимал людей.

Но злость прошла так же быстро, как вспыхнула. На лице принцессы застыло странное, обреченное выражение. Она сдалась. Она уже почти отстранила нож от моего горла, но я перехватил ее руки и вернул их назад. Теперь я ощущал острие ножа кожей.

– Дракон в той легенде тоже не сопротивлялся, но принцесса все равно выколола ему глаза во сне и обманом заставила разбиться о землю. Вы должны сделать то же самое. Из-за заклятия я не могу навредить своей хозяйке или себе, но вы правда можете убить меня. Я не буду из-за этого, – я остановился, вспоминая одно из слов, которые использовала принцесса, – обижен. Только потом вы должны позаботиться о моей сестре. Но не так, как хозяйка, а по-настоящему.

Я судорожно втянул спертый воздух. Лезвие слегка оцарапало мне шею. Где-то внутри колыхнулось чужое негодование. Сестра вернулась ко мне, почувствовав, о чем я думаю. Я попытался объяснить ей, что это для ее же блага, но она не хотела меня слушать.

Озвучивать мысли, еще и на чужом языке, было довольно странно. Я не помнил, чтобы хоть когда-то в жизни произносил так много слов сразу. Никто бы мне не позволил так много говорить.

– Я не могу убить тебя. – Принцесса улыбнулась. Из ее глаз выкатились две крупные слезы и упали мне на лицо.

– Я ведь вас прошу! – Я бы сам опустил наши руки вниз, пронзая собственное горло, но заклинание сковало меня.

Принцесса покачала головой. Ее слезы все так же падали мне на лицо. Скатывались по щекам мягкими теплыми струйками.

– Почему? – тихо спросил я.

– Потому что я не та принцесса и не принцесса вовсе. – Она со странной мягкостью и осторожностью высвободила свои руки из моих. Отложила нож в сторону. И переплела наши пальцы. – А ты совсем не похож на того дракона.

Я почувствовал что-то такое, чего никогда не ощущал раньше. Одним этим касанием она сделала мне больно, зародила внутри некое слишком большое для меня чувство, которое вот-вот должно было разодрать меня на кус– ки. Но почему-то не раздирало.

– Ты не боишься ни хозяйки, ни боли, ни смерти, – говорила она, и голос ее больше не дрожал, – единственное, что имеет для тебя важность, – твоя сестра. Но пока с помощью нее можно управлять тобой, они никогда не отпустят ее. А если им удастся вытравить из тебя всю любовь к ней, то просто избавятся от нее.

«Ты и сам знаешь, что госпожа не терпит бесполезных вещей. А как только ты перестанешь обращать внимание на страдания твоей сестры, она станет для госпожи бесполезна».