Онлайн книга «Сказка – ложь…»
|
Фу-у-ух… Ну и наелась я. Да рассказываю, рассказываю! А то ты, как я погляжу, прямо извёлся весь. Так вот, дни сменяли ночи, лета – зимы, муж мой, молодой король, правил своим королевством как умел. Надо сказать, это выходило у него не так хорошо, как попойки да сражения, но и не то чтобы из рук вон плохо. Благо всегда наготове были советчики. Однако, как известно, не все советы бывают одинаково полезны, а советчики бескорыстны. Мой Энгус никогда особой проницательностью не отличался, слушал тех, кого привык, так и вышло, что в числе доверенных его особ оказалась старуха-королева. Если помните, я уже говорила, она меня с самого начала невзлюбила. Стоило ли надеяться, что со временем её отношение изменится? А тут ещё её ручной монах всё время рядом вертелся со своими поучениями, он после смерти старого короля прочно корни пустил при дворе, так что вскоре обратил мою свекровь в свою веру. Даже имя ей другое дал. Старое, дескать, не годится. А та и рада была! Даром мать с отцом старались, отреклась королева на старости лет и от данного ими имени, и от богов, что они почитали. Облачилась с ног до головы в чёрное, точь-в-точь ворон, под тонкое платье нацепила колючую тунику из конского волоса, есть стала одну кашу, хлеб и воду, отцом же принялась звать того монаха. Во всём ему старалась подражать, даже книгу себе завела волшебную, как у наставника. Специально для неё ту переписали на лучшем пергаменте да переплели в чёрную кожу. Эту-то книгу ей целыми днями и читала специально обученная рабыня. Королева же знай слушала, а после бежала к своему «отцу» с вопросами, чтобы он ей, значит, разъяснил услышанное. Побеседует с ним, покивает, а назавтра опять то же самое. Как только у него терпения хватало, ума не приложу! Ну да сейчас не об этом. Главное в том, что стала эта парочка на меня зуб точить, всё-то им во мне не нравилось, каким боком ни повернись. И красива-то я чересчур, будто не милостью богов, а кознями злых духов даруется подобная красота, и умна слишком, и характер-то у меня прескверный, ещё и от хворей исцелять могу, а там, кто знает, может, и другим колдовством владею? Даже сыновья мои, и те им не угодили! Слишком были похожи на мать. Видать, потому эта старая заноза и напела королю в уши, что мальцов непременно надо у меня поскорей отнять да отдать на воспитание, мол, так полагается обычаями! Обычаями, которые она же теперь презирала как нечестивые. Что я только не делала, как не изворачивалась, но муж, наслушавшись материных советов, был непреклонен: мальчиков должно воспитать воинами, а под бабьей юбкой им таковыми не стать. Так что, едва научились мои голубки держать деревянный меч да сидеть верхом, отправили их на воспитание в чужую усадьбу, под крыло к человеку опытному и суровому, не одну битву прошедшему плечом к плечу ещё с их дедом, а после и с отцом. Сердце моё разрывалось от боли, когда глядела я в последний раз на их золотистые макушки, недоброе предчувствие настойчиво свербело под рёбрами, сам ветер, казалось, нашёптывал, что больше не доведётся мне их обнять. Однако же и тогда я нашла в себе силы улыбнуться им ободряюще, расцеловать на прощание и отпустить, как было велено. Радостные да весёлые уезжали мои мальчики навстречу судьбе, не терпелось им выучить все воинские приёмы и премудрости до единой, чтобы стать великими героями, когда придёт их час. А у меня после их отъезда словно сердце из груди выкрали, подменив его тяжёлым камнем. |