Книга Закон дитто, страница 64 – Анна Щучкина

Дверь с шипением отворилась, выпустив холодный пар. Бабуля махнула тростью, приглашая внутрь.

– Вот чтобы больше без самовольства. Заходи.

Внутри гудели стеллажи, обложенные сохранными травами. Упиры с солнечными камнями алхимиков были установлены по углам, поддерживая работу генераторов, которые, в свою очередь, поддерживали уже работу холодильников.

Я достал из походной сумки пробирку, обвязанную пучком трав.

В глазах бабули вспыхнул радостный огонек.

– Кровь ликариласа! Какой ценный материал! Хайфо с радостью с ним поработают.

Пробирка перекочевала из моих рук в сухую ладонь бабули. Она подняла ее на уровень глаз и взболтнула: капли крови скатились по стенкам. Такая же свежая, как и в момент, когда шприц вытягивал ее из тела Асиры.

За моей спиной раздалось шарканье. Резко повернувшись, я увидел высокого мужчину, облаченного в белый лабораторный халат. Густая коричневая борода, заплетенная в косу, заканчивалась у талии.

– Так-так, старшина, – басом начал он, разводя громадные ручищи. – Никак решила сама внести пометки в журнал?

Затем он перевел взгляд на меня и добродушно сказал:

– Смертник, с возвращением.

Я залился краской, а потом нервно хихикнул.

Бабуля всплеснула руками и, задев тростью стол, стоявший возле стены, гаркнула:

– Поимел бы совесть, Релл!

– Да брось, мальчишка-то вернулся живым, когда его имя вписали в учетную книгу мертвых. Давай пробирку и брысь-ка из хранилища, сейчас все перевернете тут.

– Ой, как будто без тебя не разберусь, – процедила бабуля.

– Валите-валите.

Своими огромными ручищами он вытолкал нас за дверь, напоследок погрозив пальцем.

Вообще, бабуле не было никакой необходимости спускаться именно со мной в хранилище. Но кроме нас – Эйда, Каро, меня и бабули – в кабинете главы присутствовал еще один человек, при котором она не могла говорить свободно. Золотой знак дракона на воротнике его безупречно белой рубашки, дорогие кожаные перчатки, черный портфель в руках, строгие очки и приглаженные волосы… Этот человек хранил молчание, пока мы отчитывались перед бабулей по всей строгости устава. А затем он поправил очки и, положив на стол такую же золотую карточку, удалился из кабинета.

Я хорошо знал бабулю. На ее лице не отразилось ни удивление, ни раздражение. Она подняла бровь и спросила меня, нужна ли помощь с биоматериалами. Я ответил «да» и теперь терпеливо ждал, когда мне расскажут, во что мы опять вляпались.

Мы подошли к лестнице в одиночестве. Бабуля, поглядев направо и налево, пригвоздила меня к стене тростью и, смотря сверху вниз, медленно произнесла:

– Совет из Последнего предела желает допросить тебя. Секретарь первого стража прибыл первым. Завтра объявятся и все трое.

Я пораженно застыл. Появление кого-то из Последнего предела – уже событие. Но сам Совет…

Что, драконы подери, произошло в Ордене, пока меня не было пять лет?!

Бабуля продолжила, сощурив глаза:

– Стражи стали пропадать.

Я секунду обдумал это.

– Они же и раньше не возвращались с миссий?

– Они погибали, Эжен, – сурово ответила бабуля. – А за последние пять лет уже семь стражей просто-напросто испарились, всего лишь собирая таффрук. Указом императора стражам запрещено трогать жителей Сожженных земель.

– А сигналы?..

– Ничего. Как будто стражей никогда и не существовало. И вот вы возвращаетесь и сообщаете, что подозреваете Терри в предательстве. А принц Исметра убит, но подтвердить, что убийца не ты, никто не может.