Книга К морю Хвалисскому, страница 193 – Оксана Токарева

Но внук внуком, почет почетом, а когда приехавшим в Киев послам союза печенежских племен понадобился живой залог мира и доброты намерений, старая княгиня из бегавших по двору мальчишек выбрала именно его: чай, за сироту некому заступиться. Да и виру, если что, некому потребовать. А тут еще ханский сын, оставленный в Киеве, зачем-то в степь сбежал, о чем у самого Хельги, давшего в присутствии княгини и ее бояр слово, даже мысли не возникало… И пропала бы его бедная головушка где-нибудь на невольничьем базаре или при отаре на дальнем выгоне, да спасибо один из степных владык, сын Ветра, Тобохан, пожалел, забрал в свой стан.

Вот тут-то Хельги и узнал, что такое родительская и братняя любовь, что такое семья. Поначалу жил он, как полагается заложнику знатного рода, не то пленником, не то гостем. Вместе с ханскими сыновьями и их сверстниками учился объезжать необузданных степных скакунов, тянуть тугой лук, бросать аркан. Вместе с ними оберегал ягнят на кошаре, проводил ночи у костра в степи. Стать полноправным членом рода Ветра ему помог случай. Вернее, все та же матушка-река.

Младшему ханскому сыну, юному Аяну исполнилось семь лет. Характер он имел горячий, нрав бедовый. В переделки из-за озорства попадал едва не через день.

Летняя стоянка племени находилась на берегу реки. Хотя степняки и ценили воду как влагу, дающую жизнь, плавать за редким исключением они не умели, воды и водных хозяев боялись, а те утлые посудины, которые они использовали при сообщении одного берега с другим, язык и лодкой не повернулся бы назвать. Вот на таком суденышке непоседливый ханский сын и отправился как-то удить рыбу. Уж, что там произошло, Перун его знает. То ли поманила мальца красавица-стерлядь, то ли оказалось, что лодка не проконопачена, то ли приглянулся забавный малыш желтоволосой водяной ведьме Албасты. Но пропал бы ханский сын не за что, кабы двенадцатилетний заложник русс в это время не привел на водопой коня, а плавал он уже тогда как щука.

Вот после того случая и приняли сыны Ветра Хельги в ханский род, тогда нарекли ему гордое имя Барджиль, или Барс, в честь матери спасенного им княжича, а через пару лет, когда под сводом ханского шатра окотилась прирученная для охоты самка пардуса, подарили ее котенка…

Из-за этого маленького упрямца он и попал в беду.

Когда зверенышу минуло четыре месяца, и он начал менять детскую пушистую шубку на золотистую взрослую шерсть, Хельги взял его на охоту. Солнце лишь недавно повернуло на зиму, и степь постепенно начала выгорать и буреть, напоминая пятнистую шкуру пардуса. Им повезло повстречать молодую косулю, отбившуюся от стада. Но маленький зверь, пока по-детски неуклюжий, промазал с первого раза и только оцарапал ей заднюю ногу, позволив уйти. Несговорчивый¸ как все кошки, он не пожелал подчиниться и продолжил преследование, уводя своего юного хозяина все дальше от становища.

Так они наткнулись на хазар. Бросив котенка, Хельги, наверно, сумел бы скрыться. Но предавать друзей, пусть даже таких бестолковых, он не привык, да и перед родней было стыдно.

Двоих преследователей он застрелил из лука. Еще одного ударил ножом. Он надеялся, что за это его непременно убьют, но хазарам он был нужен непременно живым и вовсе не для того, чтобы пасти их овец и мыть порты, как говорили потом. Дело в том, что добрые боги и красавица-мать наградили Хельги девичьи пригожим лицом и необычными, чуть приподнятыми к вискам переливчато-самоцветными глазами. Вот этой-то красой и пожелал, прежде чем продать насладиться хазарский вождь. Что мог сделать Хельги? Руки ему связали, но, как выяснилось, зубы он имел достаточно острые и крепкие…Поганый сластолюбец едва не захлебнулся собственной кровью.