Книга Семь жизней Джинберри, страница 142 – Кэсси Крауз

– Ну какой же ты придурок, Бруно! – раздается надломленный крик Дороти. Она сидит на коленях, склонившись над неподвижно лежащим Бруно, и растерянно гладит того по волосам. – Ну кто просил лезть тебя?! Столичный выскочка! Ненавижу тебя! – горько плачет она и покрывает хаотичными поцелуями его макушку.

От этого я захожусь сухими рыданиями, уткнувшись в руку Вэя, а Лотти начинает яростно теребить мочку уха. Рэндал как будто это чувствует. Он меняет свой маршрут от Бруно к Дереку на нас, падает перед Лотти на колени и со всей страстью впивается в ее губы. От неожиданности она широко распахивает глаза, но тут же реагирует на ласку.

– Не отключайся, детка. Все хорошо, все живы! Скоро мы уедем! – шепчет Рэн. Он не успевает подняться, как вскрикивает Росс:

– Клайв, нет!

Он толкает ее под локоть, и по Джинберри грохотом прокатывается выстрел. Последний. Восьмой.

Множество голов дергается в одну сторону, чтобы увидеть обезумевшую Клайв с поднятым пистолетом Дерека.

– Он должен ответить за то, что натворил, – тихо говорит Росс, осторожно забирая пистолет из морщинистых цепких пальцев. Клайв ему не противится.

Дерек потратил на нас семь пуль. Ровно столько душ он покалечил три года назад, убив Элси. Он заставил думать Бруно, что тот слаб. Убедил Рэна, что он никому не нужен. Свел с ума Лотти и заставил меня слепо любить убийцу. Он обманул Декстера, купил Вэйлона и подставил Росса.

Клайв хотела подарить восьмую пулю ему, но это было бы неправильно. Мы не убийцы. И больше никто не умрет.

Смерть, натянув на свои костлявые руки черные перчатки, окинула нас своим невидящим взором и неспешной размеренной поступью направилась восвояси.

И она ни разу не обернулась.

Могилка Софи заботливо устлана цветами. Принесенные мной уцелевшие темно-синие гортензии покоятся у ее изголовья. Мне хочется верить, что она, глядя на меня сверху, ни о чем не жалеет.

Джинберрийцами было принято решение отменить публикацию нашей с Софи статьи. Пережитая стрельба и самоубийство Дерека показало им, каким бывает вторжение чужаков. Газеты написали о смерти Блэкшира-младшего, но в названии места допустили ошибку. Настолько неизведанным оказался Джинберри. Репортер не потрудился даже уточнить, но Мэгги Уилкинз важно заявила, что это она его подкупила баночкой варенья.

Самобытный тихий уголок на юге графства Девон предпочел сохранить свою уединенность. Сделанные за это время фотографии я распечатаю и пришлю жителям Джинберри в качестве подарка. Пусть украсят ими свои ярмарочные лотки. Или оставят на память обо мне. Глупой девочке, которая благодаря им снова смогла прозреть и довериться своим чувствам.

Хочется верить, что и они не пожалели о моем приезде. Что цель, с которой Софи написала мне свое первое письмо, была достигнута.

Я уезжаю в Лондон сегодня, спустя всего три недели после драмы, разыгравшейся во дворе моего коттеджа. Вэйлон уже встал на ноги и приехал за мной. Бруно – в Лондоне, начинает реабилитацию.

Дерека будут судить за убийство и финансовое мошенничество в особо крупном размере. И в суде у него обязательно будет семь свидетелей обвинения.

Я закрываю калитку на железную щеколду и задумчиво смотрю на уютный двухэтажный коттедж с выбитым стеклом на втором этаже. Здесь жила маленькая Элси, здесь же, три года после ее смерти, хранился ее секрет.