Книга Гитлер: мировоззрение революционера, страница 218 – Райнер Цительманн

Проследим еще раз логику аргументации: европейские страны, США и Япония борются за, в сущности, ограниченный рынок сбыта. Но этот рынок сбыта к тому же сокращается за счет того, что экспорт капитала промышленно развитых стран дает толчок к индустриализации ранее слаборазвитых стран. Однако в долгосрочной перспективе они этим сокращают свои рынки сбыта и непреднамеренно взращивают новых конкурентов. Обостряющаяся борьба за рынки сбыта сначала ведется чисто экономическими средствами, но в конце концов она неизбежно приводит к войне.

В речи 18 октября 1928 г. Гитлер заявил: «Что такое мировая экономика? Он [народ. — Р. Ц.] должен производить и пытаться продать продукцию. Нельзя забывать, что это обеспечивается не только ростом производства, забывается, что ряд других народов находятся в таком же положении»[1289]. Гитлер вновь указал на то, «что возможность сбыта становится все более и более ограниченной из-за индустриализации мира вообще и потому, что число наций, базирующихся на этой продовольственной основе, увеличивается все больше и больше»[1290]. 30 ноября 1928 г. он назвал «чушью, когда сегодня наша экономика говорит, что вопрос германской экономики — это вопрос увеличения производства. Нет. Вопрос экономики — это увеличение сбыта. Это отражает полноенепонимание самой экономики, крупных аспектов экономической политики, когда она заводит речь о наращивании производства. Производство можно нарастить легко. Наши автозаводы, например, могут его немедленно нарастить. Но не сбыт. Поскольку наш внутренний сбыт слишком мал и поскольку издержки производства слишком высоки, мы не можем конкурировать за рубежом. Вопрос экономической экспансии какого-либо народа является вопросом обеспечения рынков сбыта, и они в мире ограниченны. Большая часть рынков сбыта уже оккупирована другими странами. Англия обеспечила себе почти четверть всех рынков сбыта в мире поколониальному. Сырье также надежно закреплено. Германия слишком опоздала. За существующий рынок сбыта бушует жесткая конкуренция, при которой речь идет о жизни и смерти. Немецкие политики забывают, что исход этой битвы будет решен в конечном счете за счет большей силы. Когда, например, англичане поймут, что они не могут уничтожить нас экономически, они возьмутся за меч»[1291]. Гитлер излагал свою мысль о «свертывании рынков» в многочисленных других речах и беседах[1292], в том числе в своей известной речи в Дюссельдорфском промышленном клубе 26 января 1932 г.[1293]

Сколь исключительное значение было придано тезису о «свертывании рынков» для обоснования Гитлером своей концепции жизненного пространства, видно также и из того, что через несколько дней после захвата власти он повторил свою аргументацию в своем программном выступлении перед командующими армией и флотом. Часто цитируется формулировка Гитлера, известная из записок генерал-лейтенанта Либмана: «Как следует использовать политическую власть, когда она завоевана? Пока не скажешь. Может быть, завоевание новых возможностей для экспорта, может быть — и, вероятно, лучше, — завоевание нового жизненного пространства на востоке и его решительная германизация». Это высказывание Гитлера с полным основанием приведено как доказательство континуитета его целевой установки на завоевание жизненного пространства на востоке. Менее известно, однако, как Гитлер обосновал необходимость жизненного пространства несколькими предложениями ранее: «Будущее увеличение экспорта бессмысленно. Емкость мира ограниченна, а производство повсюду чрезмерно высоко. Переселение — единственная возможность снова частично впрячь в работу армию безработных.Но для этого требуется время, а радикальных перемен ожидать не следует, так как жизненное пространство для немецкого народа слишком невелико»[1294].