Онлайн книга «Улей»
|
Органическая технология. Чистая и немеханическая наука. Человеческая раса – это инструмент, технология, которая призовет их и уничтожит человечество. Вот из-за чего все это. Эти колонисты распространяются, засевая и манипулируя, создают мощный разум, который можно поглотить и направить на открытие путей между далекими звездами. Когда их план будет завершен, не будет больше миграций длиной в миллионы лет – просто прыжок через червоточины, проложенные психической силой. Это займет целую вечность, но они терпеливы. А когда они приведут настоящий рой, вместе с ним придет и обжигающая атомная чума – Цвет Вне Пространства. Этот ужас, таящийся между измерениями, который изгибает пространство и уничтожает материю, ниспровергает время и реальность и сосет кровь самого космоса. Хейс не мог притворяться, что знает, что это такое на самом деле, но если у Старцев есть свой дьявол, то это он и есть. А они дьяволопоклонники. Он рассказал об этом Шарки, и она с ним согласилась. – Ты видела эту штуку между плечами Холма… Гейтс об этом упоминает? – Мельком. Он считает, что их использовали для контроля разума и, может, как инкубаторы. – Конечно, это подходит. Даже эти личности типа А остаются людьми, и есть вероятность, что они не будут слушаться, как хорошие собаки. Но когда эти паразиты подключены к их мозгу… – Свободной воли вообще не существует. Он потушил сигарету. – Ты недавно не видела шею ЛаХьюна? – Нет. – Уж слишком он старался выпроводить нас из «Харькова». Может, это ничего не означает, но… Шарки снова попыталась вызвать станцию по радио, но не получилось. – Не может эта проклятая машина ехать быстрей? 61 СТАНЦИЯ «ХАРЬКОВ» Она вынырнула из хлесткой черной полярной ночи, как футбольный стадион в самом центре черной ледяной пустоты. Неожиданный оазис света, и механизмов, и цивилизации: дом Тарга и метеорологический купол, электростанция и буровая установка, обсерватория и мастерская, склады и многочисленные покрытые снегом «гипертаты» и «джеймсуэи». Большинство из них были связаны сетью проводов, и дорогами с черными флагами, и охранными огнями, антеннами и ветряными турбинами, поднимающимися в темноту. Служебные постройки и хижины были рассыпаны во всех направлениях, многие – у покрытой снегом взлетно-посадочной полосы, на которую весной будут садиться самолеты. Автономная община, запертая в вечном морозе. Что касается помощи извне, сейчас станция словно находилась посреди марсианской пустыни. Хейс увидел станцию и облегченно вздохнул, подводя «снежного кота». «Еще здесь, – подумал он, – она еще здесь». Потому что в глубине души он почти ожидал, что станция исчезнет, раздавленная каким-то гигантским кулаком. Но ощущение эйфории длилось недолго, потому что Хейс заволновался, чувствуя вокруг какую-то мертвенность. Как будто смотрел не на антарктическую исследовательскую станцию, а на какое-то запретное захоронение, ледяное кладбище, которое поднялось из древнего ледяного поля, ворота которого были широко распахнуты. От одного этого зрелища ужас поднимался в нем, как паводковые воды, топя его в собственном сладком страхе. Сейчас он не пытался отделаться от такого ощущения. Чутье подсказывало, что впереди ждет что-то очень плохое, и он не стал сомневаться, а принял это предчувствие. |