Книга Лют, страница 123 – Дженнифер Торн

– Ладно, – киваю я, медленно приближаясь. – Давай остановимся прямо сейчас. Все закончено, так?

Хью опускает револьвер – совсем чуть-чуть.

Потом еще немного.

– До захода солнца считаные минуты. Посмотри на небо.

Он обреченно смеется. Рука с оружием расслабляется. Хью приседает на корточки и аккуратнокладет револьвер на траву. Встает, на шаг отступает. Я выдыхаю.

Над нашими головами раздается грохот. Вслед за ним слышится тонкий пронзительный крик. Детский крик. Я резко разворачиваюсь, выкрутив шею, и в угасающем свете дня вижу ее.

Крохотное тельце Эммы болтается на карнизе под окном нашей спальни; она словно фея, потерявшая крылышки. Пальцы отчаянно цепляются за выступ, ножки бьют по воздуху, изо рта рвется вопль ужаса, она все кричит, и кричит, и… Та трещина в стекле. Должно быть, Эмма смотрела на нас и надавила на него, трещина поползла дальше, стекло лопнуло, и ребенок вывалился из окна. Это с самого начало было западней. Для нее, для моей малышки.

– Эмма, держись! – кричу я. – Не разжимай ручки! Я иду к тебе!

Хью хватает меня за плечо, разворачивает к себе.

Ты уже не успеешь.

Он прав. Не успею – если побегу к ней. Хью наклоняется, шарит рукой в траве, но я оказываюсь проворнее и выхватываю оружие изпод кончиков его вспотевших пальцев. Я пока сама не знаю, что делаю, моей первой задачей было отобрать револьвер, однако Хью пятится, вскинув ладони.

– Тогда, на лайнере, ты собиралась прыгнуть в море? – неожиданно задает вопрос он.

Сглатываю. Во рту вкус крови: прикусила язык.

– Не знаю, – лгу я.

Когда я увидел тебя на палубе, то понял, что все не случайно. Я должен был оказаться там, чтобы остановить тебя, чтобы спасти. – Он горько усмехается. – А на деле это ты меня спасла. Понимаешь? – Мой взгляд мечется между Хью и Эммой. – Ты всегда знала, верно? – Его глаза проясняются, светятся добротой. – Ты никогда не задумывалась, что привело тебя сюда? Так захотел Лют, Нина. Когда мы встретились, ты ничего не имела, ничего из себя не представляла, но Лют подарил тебе семь лишних лет жизни, и каких прекрасных, правда? Тот финал, любимая, который ты заслужила, а не самоубийство, не падение с корабля. Я чертовски благодарен острову за тебя. – Эта его улыбка, прищур янтарных глаз. Это Хью, и он мой. – Ты подарила всем нам этих детей, и теперь ты здесь, чтобы их спасти. Все к тому и шло. Чувствуешь? – проникновенно спрашивает он и подходит на шаг ближе.

И, да, я чувствую. Все так. Чувствую, как откликается мое сердце. Я поняла – здесь и сейчас, на исходе дня «Д», я все поняла. Впервые в жизни я ощутила истинную цель. Смысл моего существования.

Хью тянется ко мне так же осторожно, как я несколько минут назад. Берет меня за руку, ту, что с револьвером, и направляет дуло мне в висок.

– Лют выбрал тебя, – говорит он.

– Выбрал, – повторяю я за ним. – Ты прав. Эмма опять кричит. Хью отпускает меня, оглядывается на дочку, в глазах отчаяние.

Ну же, Нина, скорее! Я нажимаю на спусковой крючок. Отдачей от выстрела меня бросает назад, но я все равно смотрю наверх, на окно, из которого высовываются две руки, берут Эмму за запястья, бережно, так, чтобы она не поранилась об осколки, подтягивают вверх и вместе с ней исчезают внутри, в безопасности. Джо ее вытащила. Вытащила.

Только теперь я поднимаюсь, отшвыриваю револьвер. Подхожу к Хью.