Книга Макабр. Книга 1, страница 103 – Влада Ольховская

Это была нормальная реакция, здоровая. Рино даже забыл, что в их группе есть тот, для кого нормальная и здоровая реакция как раз неестественна.

Гюрза, конечно же, опомнился первым. Может, даже не опомнился? Может, это зрелище и не повлияло на него по-настоящему, не напугало, он просто рассматривал нечто новое и любопытное? А когда насмотрелся, забрал у пораженной Кети медицинский сканер и направил на существо.

– Любопытно, – объявил он голосом человека, который вообще не знает, что такое любопытство. – ДНК на восемьдесят процентов человеческая. Еще десять процентов распознается как различные виды с Земли. Оставшееся сканером не опознано.

– Получается, это пришельцы? – насторожилась Бруция. – На станции ползают злокопучие пришельцы, которые превращают людей вот в такое?! Нет, мне это не надо, давайте уже как-то валить!

– Успокойся, – коротко приказал Сатурио.

Вряд ли она действительно успокоилась, но тут же замолчала, разве что продолжила возмущенно сопеть. Рино не первый раз убеждался, насколько велика власть старшего из кочевников над братьями и сестрами. Интересно, на чем она основана? На страхе? Но Сатурио не был похож на того, кто добивается своего агрессией!

А еще он великолепно владел собой. Он повернулся к Гюрзе и в который раз заговорил с ним так, будто не было между ними никакой кровавой истории:

– Чем это может быть? Откуда в теле человека генетический след других организмов? И действительно ли в нем есть нечто инопланетное?

– Начнем с последнего: скорее всего, нет, – отозвался Гюрза. Рино уже заметил, что он отвечает на вопросы далеко не всегда, но вот с Сатурио общается нормально. – Я мало что могу сказать прямо сейчас. Вероятнее всего, основа организма – человек, прошедший некую мутацию, свойственную только Сектору Фобос. Десять процентов других видов – то, что находилось рядом с ним в момент изменения. Например, плесень на стенах канализационного фильтра, которую он вдохнул. Паразиты, которые жили в нем не один год. Растения, те же грибы, фрагмент которых случайно оказался у него на коже.

Слушая его, Рино был вынужден признать, что такого добра в космосе хватало. Это на космических кораблях порядок поддерживать проще: в определенный срок они приходят в док на общую чистку и техническое обслуживание. В этот момент из них вымывают и вытравливают то, что оказалось внутри случайно или привезли с собой не самые дисциплинированные пассажиры. Рино доводилось слышать о гражданском транспорте, на котором милостью контрабандистов образовалась малая болотная экосистема.

Со станциями дело обстояло куда сложнее. Здесь хватало зон с высокими температурами и повышенным уровнем влажности. Многие считали, что это ничего не значит – откуда взяться тем же грибам или мелким грызунам, не из космоса же? Но из космоса и не нужно. Вся эта дрянь легко пробиралась в грузе продовольствия, а уж если на станции размещались биолаборатории, заражение становилось просто вопросом времени.

Обычно это не было такой уж большой проблемой. При определенном уровне разрастания лишайников, грибов или других растений, а также при увеличении численности насекомых и животных система фиксировала это и направляла в нужный участок сервисных дронов. Но никто не рассчитывал на Сектор Фобос… Рино мысленно пообещал себе, что при возвращении на «Виа Феррату» не успокоится, пока адмирал не запустит глобальную системную очистку.