Книга Она пробуждается, страница 16 – Джек Кетчам

– Ну же, – прошептала она. – Что такое?

– Честное слово, ничего. – Доджсон снова улыбнулся. – Схожу с ума от жары.

Она внимательно посмотрела на него. От ее близости кружилась голова. Светло-голубые глаза глядели пристально. Кажется, она решила ему поверить. Ее глаза заблестели, и он заметил в них веселье. Она смеялась над ним?

Нет. Теперь ее взгляд снова стал спокойным. Рука нежно, но решительно сжимала его плечо.

Как странно. Возможно, ему это напомнило Марго. Но на мгновение он вдруг почувствовал себя…

…в ловушке.

Лейла наклонила его к себе поближе:

– Хорошо. Рада, что у тебя все в порядке.

Перевела взгляд с его глаз на губы, а потом обратно.

– Расскажи мне, – прошептала она, – чтобы я обо всем узнала.

– О чем тебе рассказать?

– Просто расскажи.

Доджсон засмеялся и посмотрел на Дэнни и Мишель. Они тоже перешептывались, не обращая на них никого внимания.

– Ну хорошо. Только о чем?

Она подвинулась ближе. Ее ладонь еще крепче сжала его плечо. Он почувствовал, как ее теплая и мягкая грудь прижимается к его руке.

– Расскажи обо всем, что ты хочешь со мной сделать, Доджсон.

Вот теперь голова у него закружилась не на шутку. От ее еще влажных волос исходил терпкий аромат, легкий и пикантный.

– Расскажи мне все, а потом мы сделаем это.

Обещаю.

«Обещаю, – подумал он. – Марго».

«Я этого не делал. Это не моя вина».

«Оставь меня в покое».

«Обещаю». Это слово тошнотворным колокольчиком продолжало какое-то время звенеть в его душе, а затем, как ни странно, он его забыл.

Ты же слышал, что она сказала. Всё!

И он ей рассказал.

Лейла

Она бросила на него всего один взгляд и сразу подумала – то, что надо!

Лейла вытащила из пачки сигарету и подошла к тому месту, где он сидел еще с двумя: мужчиной и девушкой, встала напротив него совершенно голая, чтобы ему пришлось окинуть ее взглядом с ног до головы, и попросила прикурить. Конечно, она произвела на него впечатление, Лейла это видела, но в то же время он себя прекрасно контролировал, и ей это понравилось: он уже не мальчишка, и неважно, что она воспользовалась таким старым приемом, но он дал ей прикурить и вежливо улыбнулся, а она не предприняла дальнейших шагов, хотя и понимала, что он не сводил с нее глаз, когда она уходила прочь. Ей было интересно, найдет ли он какой-нибудь предлог, чтобы подойти к ней, но больше не смотрела в его сторону, теперь все зависело от него, а он подошел без всякого предлога. Просто спросил: «Можно к вам?» – и она сказала, что, конечно, можно. Так все и началось.

Если бы он предложил, она трахнулась бы с ним прямо на пляже.

Но он не стал этого делать.

Он не был робким. Ничего подобного. Совсем не тот человек, который смущается в присутствии женщин. Она посмотрела ему в лицо и прочитала в нем боль, нежелание испытывать новые страдания, какую-то усталость. Лейла поняла, что заинтересовала его, но он все равно подходит к знакомству с ней формально, поэтому пришлось побыстрее и поглубже вонзить в него крючок. Ее не интересовало, что и почему стало источником этой боли, она лишь хотела сделать так, чтобы эта боль не мешала ей и она смогла заполучить его. Ведь он такой красивый и уже наполовину стал ее, к тому же он даже не представлял себе, что такое настоящая боль. Совершенно не представлял.

Доджсон

Из таверны открывался вид на бухту, но обслуживали здесь по-гречески неторопливо и еду принесли поздно. К тому времени они уже прикончили первую бутылку вина, вторая и половина третьей исчезли вместе с ужином. Потом они заказали и четвертую, бравируя своим умением пить не пьянея, и еще долго сидели с ней.