Книга Мертвый сезон. Мертвая река, страница 157 – Джек Кетчам

Она ощутила, как напряглись, а затем снова расслабились его пальцы.

– Три!

Клэр приказала пальцам разжаться и почувствовала, как мальчик выскользнул вниз. Не обращая внимания на удар топора в дверь, она смотрела, как он со страшной скоростью удаляется от нее, падает, переворачивается, едва не сверзившись с бревен, – слава богу, все же удержался! – и снова вскакивает на ноги.

Она повернулась к Мелиссе, и в тот же самый момент услышала, а вместе с тем и увидела, как топор в очередной раз вонзился в дверь, прорубил ее насквозь, и тут же заметила промелькнувшие в проломе очертания крупного, обнаженного по пояс мужчины, вымазанного в чем-то вроде смальца, ухмыляющегося и поблескивающего крохотными, почерневшими, смахивающими на острые кабаньи клыки зубами.

Клэр схватила лежавший на кровати шерстяной шарф Дэвида, укутала младенца – и тут же услышала новый удар топора. На сей раз в расширившемся проломе показалось уже лицо мужчины, наблюдавшего за всеми ее передвижениями. Напряженно водя глазами по комнате, он словно уловил смысл ее действий, понял, что именно она собирается сделать, – а Клэр уже взобралась на кровать и стала подходить к краю подоконника.

Удары топора, все более частые, оглушительным грохотом отдавались в ушах Клэр, когда она все же встала у кромки оконной рамы и, придерживая одной рукой ее верхний край, другой плотно прижала к себе Мелиссу, после чего шагнула вперед, скользнув спиной о край подоконника.

По позвоночнику метнулась обжигающая, острая боль, тут же потонувшая в чувстве свободного падения, в миге абсолютной свободы, настолько пронзительной и ужасающей, что она невольно вытянула свободную руку, пытаясь ухватиться за что-нибудь, сохранить равновесие – как если бы летела не сквозь пустоту воздуха, а погружалась в толщу воды. Но уже через долю секунды она снова инстинктивно вспомнила про Мелиссу, еще крепче прижала ее к себе и тут же ощутила удар. Оказавшись на бревнах, Клэр поняла, что сделала что-то не так, ибо уже через мгновение ее мозг до краев залила белизна далеких звезд. Тут же на смену ей пришел мрак, остро пахнущий здешним хвойным лесом.

* * *

Скованный шоком, Дэвид лежал на полу и смотрел на маячивший наверху пустой экран монитора. Он узнал эту фразу, хотя никак не мог понять, откуда она взялась – такая простая, без конца крутящаяся в голове.

Темные чащобы.

Он все еще продолжал воспринимать доносившиеся из телевизора голоса и прочие звуки, пока кто-то с силой не вмазал по прибору. В нос ударил характерный запах горелой проводки, и Дэвид тут же вспомнил, кто он такой, где находится – и кто этот странный хирург, в данный момент оперирующий его, свесив над ним голые окровавленные сиськи.

Дэвид не помнил, как девушка-хирург расстегивала его рубашку, хотя наверняка было и это – ведь в противном случае она не смогла бы добраться до его раны; и вот сейчас она проводит скальпелем острую и тонкую полоску, тянущуюся от его ключицы – через грудину – прямо к животу. Мягко хлюпает расходящаяся под ее пальцами плоть.

Но какая же поразительная у нее анестезия… Скользнув взглядом вниз, он увидел свои собственные органы, лежащие под дымящимся тонким слоем крови, свои легкие, сердце, а чуть ниже – диафрагму, желудок, печень.

И главное – никакойболи.