Книга Тень и пламя, страница 256 – Рина Рофи

— Лиля... — ее голос был полон жалости, от которой мне стало только хуже.

— Дана, мне... мне нужно идти, — выдохнула я, чувствуя, как почва уходит из-под ног. — В комнате... я... я покупала тесты. На всякий случай. Еще пару месяцев назад.

Я выбежала из столовой, не оглядываясь, не видя ничего перед собой. Воздух свистел в ушах.

— Лиля, погоди! Я с тобой! — крикнула Дана мне вслед, и ее быстрые шаги застучали по кафелю позади.

Но я уже не слышала ее. Весь мир сузился до одной ужасающей, невероятной, невозможной мысли, что стучала в висках в такт бешено колотящемуся сердцу. Я влетела в комнату, захлопнув дверь так, что стекло задрожало. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбилось. Я бросилась к своей сумке, с силой расстегнула молнию и стала лихорадочно рыться внутри, отшвыривая учебники, косметичку, блокноты.

Дверь тихо открылась и закрылась. Дана вошла и прислонилась к косяку, ее лицо было бледным и серьезным. Она молча наблюдала, как я, наконец, нащупала в самом низу маленькую картонную коробочку и вытащила ее дрожащими пальцами.

Я замерла, сжимая в руке этот невесомый, но невероятно тяжелый предмет. Он вдруг показался мне самым страшным и самым важным в моей жизни.

— Лиля, — тихо сказала Дана, нарушая оглушительную тишину. — Дыши. Просто дыши.

Но я не могла дышать. Я могла только смотреть на коробку, чувствуя, как от страха и невероятной, запретной надежды у меня подкашиваются ноги. Сейчас один этот маленький предмет мог изменить все. Нашу жизнь. Нашу войну. Наше все.

— Я... я в туалет! — выдохнула я, сжимая коробку так, что картон прогнулся. — Ты... ты будь рядом. Пожалуйста.

Мой голос сорвался на шепот, полный детской мольбы. В этот миг я была не наследницей кланов, не Белой Волчицей, не невестой Альфы. Я была просто напуганной девушкой, стоящей на пороге того, что могло навсегда перевернуть жизнь. Дана молча кивнула, ее глаза были полны понимания и поддержки. Она не стала говорить ничего утешительногоили пытаться шутить. Она просто была там.

Я зашла в туалет и захлопнула за собой дверь, прислонившись к ней спиной. Сердце колотилось, вырываясь из груди. Руки дрожали, когда я с трудом вскрыла упаковку. За дверью стояла Дана. И за стенами этой комнаты, где-то в городе, мчался ко мне Рэй с шашлыком, даже не подозревая, что привозит его не просто своей волчице. Возможно, он вез его матери своего будущего ребенка.

Я закрыла глаза, делая тест, и поняла, что боюсь результата больше, чем любой битвы, любой его ярости и любой войны, потому что это была бы война и радость, от которой уже не было пути назад.

Прошло пять минут. Пять самых долгих минут в моей жизни. Я сидела на полу, уставившись на белую пластиковую полоску, лежащую на краю раковины. Сначала ничего. Потом... одна. Четкая, ясная. И затем, медленно, неумолимо, проступила вторая.

Две полоски.

В голове воцарилась оглушительная, ледяная тишина. Все мысли, все страхи, все надежды — все смешалось в один сплошной гул.Боги...

Я даже первый год Академии не закончила...

Я поднялась на дрожащих ногах, едва чувствуя пол под собой. Открыла дверь и вышла к Дане. Она сидела на моей кровати, но вскочила, увидев мое лицо. Ее взгляд упал на тест в моей руке, и она тихо ахнула, прикрыв рот ладонью.

— Ни слова, — прошептала я, и мой голос был хриплым и чужим. — Рэю. И братьям. Ни слова.