Книга Все началось с измены, страница 164 – Рина Рофи

— Георгий уже, наверное, в курсе, — усмехнулся Маркус. — И, полагаю, уже составляет план обороны… то есть, встречи. С цветами, фанфарами и дополнительными запасами успокоительного для себя.

— А я пойду проверю свою самую нарядную одежду! — заявил Демид и помчался обратно наверх, оставляя за собой шлейф неукротимой энергии.

Мы остались с Маркусом вдвоём на кухне, и он снова обнял меня за талию, притягивая к себе.

— Ну, будущая миссис Белова и официальная мать моего ребёнка, — сказал он, целуя меня в висок. — Готовься. Завтра начнётся настоящий марафон. С вопросами, слезами умиления, тоннами еды и, вероятно, новыми планами на наше с тобой ближайшее будущее. Она не упустит шанса.

— Я готова, — улыбнулась я, прижимаясь к нему. — Если это цена занаше счастье — выдержу и не такое. Главное, что мы теперь — команда. И нас уже не так просто сбить с толку.

— Команда, — повторил он, и в этом слове прозвучала вся его уверенность. — Тогда… по местам. Встречать наш личный, семейный ураган по имени Диана Михайловна. Пусть прилетает. Мы её ждём.

И, несмотря на лёгкий мандраж, на душе было светло и спокойно. Потому что этот «ураган» был частью нашего нового мира. Частью нашей большой, шумной, настоящей семьи. И завтрашний её прилёт был не испытанием, а праздником. Ещё одним доказательством того, что мы больше не одни. Что у нас есть тыл, есть поддержка, есть люди, которые радуются нашим победам больше, чем своим. И это было бесценно.

* * *

Дверной звонок прозвучал не как обычный звонок, а как сигнал воздушной тревоги — долгий, неумолимый, повторяющийся. Григорий, который в этот момент как раз составлял в прихожей идеальный букет, вздрогнул и чуть не уронил вазу.

— Кажется, она здесь, — сухо прокомментировал Маркус, закрывая глаза, как человек, готовящийся к удару торпеды.

Я подошла к окну. У подъезда, игнорируя все мыслимые правила парковки, стояло жёлтое такси. Из него, словно джинн из бутылки, уже вырывалась Диана Михайловна. На ней был яркий, цвета фуксии костюм, огромные солнцезащитные очки и такая аура безудержной энергии, что, казалось, могла зарядить весь квартал.

Дверь распахнулась прежде, чем Георгий успел до неё дотянуться.

— Дети! Я здесь! — её голос оглушительно прозвучал в холле. Она сбросила чемодан и, не снимая туфель на головокружительно высоких каблуках, устремилась к нам.

Первым делом она схватила мою руку, подняла её к свету и издала восторженный вопль при виде кольца.

— Ах! Какое совершенство! Маркус, молодец, наконец-то проявил вкус! — Затем она разглядела Демида, который замер в почтительном отдалении. — Солнышко! Подойди! Бабушка соскучилась! И я слышала, у нас тут историческое событие! — Она обняла его, потом отодвинула, держа за плечи. — Так значит, теперь у тебя есть мама? Настоящая?

— На-стоящая, — торжественно подтвердил Демид, сияя.

Диана Михайловна прослезилась, вытерла слезу изящным платочком и тут же, как по щелчку, перешла в режим «генерального директора праздника».

— Прекрасно! Идеально! Значит, нужно всё делать быстро, пока ты не передумала,милая! — Она повернулась ко мне и Маркусу, и её взгляд стал деловым. — Так, дети. Будет самая пышная свадьба! Я уже всё спланировала в самолёте!

Я открыла рот, но звук не издался. Маркус прочистил горло.

— Мама, мы только-только…