Книга Прятки с Драконом, страница 91 – Рина Рофи

Впервые он говорил со мной не как с добычей или загадкой, а как с равной. И впервые я увидела не всемогущего дракона, а... самца, отчаянно пытающегося совладать с огнём внутри и не сжечь ту, что была ему дорога. И от этого зрелища что-то дрогнуло во мне.

— Андор, ничего не случится, если я буду в общежитии, — попробовала я в последний раз, уже без надежды. — Это же недалеко.

— Далеко, — его ответ был мгновенным и плоским. Взгляд стал твёрдым. Для него любое расстояние, разделявшее нас, было неприемлемым.

— Андор?

— Нет. Здесь. — он рыкнул, низко и окончательно. В его глазах снова вспыхнул тот самый, первобытный огонь, напоминая, что компромисс имеет свои пределы.

Я вздохнула, чувствуя, как последние силы покидают меня. «Мда, эту стену не пробить...» — пронеслось в голове с горькой покорностью. Он был прав. Спорить с его природой было всё равно что пытаться остановить прилив.

— Ладно, — выдохнула я, опуская плечи в знак капитуляции. Но в моём голосе прозвучала крошечная, но твёрдая нота. — Но к Наташе не подселяй никого! Я там буду днем зависать!

Я смотрела на него, ожидая нового взрыва, нового «нет». Но он, к моему удивлению, замер, изучая моё лицо. Видимо, он увидел в моих глазах, что это мой последний, самый важный рубеж. Та самая «нормальная студенческая жизнь», за которую я так цеплялась, сводилась теперь к этому — к возможности проводить время с подругой в своей старой комнате.

Молчание затянулось. Затем он медленно кивнул.

— Хорошо.

Это было не радостное согласие, а скорее, стратегическая уступка. Он понимал, что если заберёт у меня всё без остатка, то рискует сломать то, что только начало зарождаться между нами.

— Но, — добавил он, и в его глазах снова мелькнула знакомая искорка, — помни о наших ночных... и утренних...обязательствах. Твоя энергия будет принадлежать мне.

В его тоне не было угрозы. Было напоминание. И предвкушение.

Я кивнула, чувствуя странное облегчение. Это была не победа, но и не полное поражение. Это было начало нового, сложного перемирия между драконом и его не совсем покорной парой. Он прижал меня к себе, и на этот раз его объятия были не властными, а... облегчёнными. Как будто тяжёлая битва наконец-то закончилась, и можно было просто дышать.

И я позволила себе обнять его в ответ. Мои руки скользнули за его спину, ладони легли на лопатки, чувствуя твёрдые мышцы под тонкой тканью рубашки. Это было странно. Естественно. Как будто моё тело, наконец, признало то, что разум так долго отвергал.

Он издал низкий, глубокий, довольный рык. Этот звук уже не пугал. Он был... успокаивающим. Как мурлыканье огромного кота.

— Ты упрямая, — прошептал он, и его губы коснулись моих волос.

Я прижалась щекой к его груди, слушая ровный стук его сердца, и не смогла сдержать улыбку.

— Это ты упрямый, — парировала я, и в моём голосе не было прежней ярости, только лёгкая, уставшая нежность.

Он рассмеялся, и смех его вибрировал у меня в костях.

— Возможно. Но я твой упрямый дракон. И никуда ты от этого не денешься.

— Знаю, — выдохнула я, закрывая глаза. И впервые эти слова не вызывали страха. Они приносили странное, глубокое спокойствие. Быть его парой означало сражаться, уступать, искать компромиссы. Но это также означало — быть в его объятиях. И в этот миг второе перевешивало все трудности первого.