Книга Прятки с Драконом, страница 89 – Рина Рофи

Он наблюдал за моей паникой с той самой дерзкой, самоуверенной улыбкой, что сводила меня с ума.

— Ты думаешь, месяц даётся на утеху дракону что ли? — он мягко покачал головой, как будто сожалея о моём невежестве. — Не всё так просто. Голод... он должен заглушиться.

Он сделал шаг вперёд, и его палец проследил линию моего ключицы, заставляя меня вздрогнуть.

— Ставя рамки, — продолжил он, и его голос приобрёл металлический оттенок, — ты сама попадаешь в капкан. Времени меньше... а накопленной энергии... больше.

Его рука легла мне на низ живота, ладонь была обжигающе тёплой даже через халат.

— Буду высвобождать всего себя. Ночью. Пять... десять раз... — его глаза сверкнули в полумраке, —...пока не буду сыт.

От этой откровенности, от этой животной, безжалостной правды у меня перехватило дыхание. Это не была игра в соблазнение. Это был голод. Древний инстинкт, который нельзя было обмануть переговорами. Ограничивая его временем, я лишь сжимала пружину, которая теперь грозила разорвать меня на части в отведённые ему часы.

Я смотрела на него, на этого могущественного дракона, смотрящего на меня голодными глазами, и понимала, что проиграла. Не потому что была слаба, а потому что пыталась спорить с ураганом, пытаясь оговорить время и силу его удара.

— Может, ещё днём перехвачу тебя где-нибудь в душевой, — добавил он с невинным видом, будто предлагал прогуляться в парке.

Я пискнула. Коротко, беспомощно, совсем по-звериному. Представление о том, что он может ворваться в моё единственное дневное убежище, в место, где я должна была быть просто студенткой, заставило кровь броситься в лицо.

— Ты не посмеешь! — выдохнула я, но в моём голосе не было уверенности, толькопаническое смущение.

Он только рассмеялся, довольный произведённым эффектом.

— А кто мне запретит? — он поднял бровь. — Я здесь ректор. И твоя пара. Мои права... весьма обширны.

Его взгляд скользнул по мне, и мне почудилось, что он уже мысленно видит меня там, под струями воды, такую же беззащитную, как и сейчас.

— Но... но это неправильно! — попыталась я найти хоть какой-то аргумент.

— По чьим меркам? — парировал он, его ухмылка стала шире. — По меркам людей? Я не человек, Диана. И ты — тоже, не до конца. Наши правила... другие.

Он сделал шаг назад, давая мне передышку, но его взгляд по-прежнему держал меня в плену.

— Так что будь готова, моя сладкая. Днём ты можешь притворяться кем угодно. Но никогда не знаешь, в какой момент твой дракон решит... перекусить.

Я сглотнула. Комок в горле был горьким и сладким одновременно. Все мои попытки отстоять своё пространство, свои правила, разбивались о каменную стену его воли, его природы.

— Ты сладкая, весьма, Диана, — его голос прозвучал уже без насмешки, а с какой-то странной, безграничной нежностью, что растапливала последние льдинки внутри. — И моя тяга к тебе никогда не остынет.

Он прикоснулся к моей щеке, и на этот раз его пальцы были нежными, почти благоговейными.

— Смирись.

В этом одном слове не было приказа. Не было угрозы. Было... предложение. Приглашение перестать бороться и просто принять то, что было между нами. Принять его голод, его силу, его собственничество. И ту нежность, что скрывалась за всем этим.

Я медленно кивнула, не в силах вымолвить ни слова. И в ответ его улыбка стала мягкой, настоящей, лишённой всякого хищного торжества. Он видел мою капитуляцию. И принимал её как данность.