Книга Хозяйка старой пасеки 4, страница 33 – Наталья Шнейдер

«Я», — говорил его взгляд.

— Я точно знаю, что такие есть.

— Я верю вам, Кирилл Аркадьевич. Но это будет не брак. Это будет…

— Сделка?

— Петля. Для супруга.

— Вы преувеличиваете. Да, у вас есть некоторые… трудности. Было бы по-женски мудро переложить их на плечи мужа.

— Было бы подло так поступить.

Я покосилась на Нелидова. Тот старательно изучал зеленые поля по краям дороги.

— Я даже не буду говорить о долгах, которые формально мои, но по факту лягут на мужа. Не сможет же он допустить, чтобыего супруга оказалась в долговой яме? Свет ему этого не простит.

Стрельцов махнул рукой, будто хотел сказать: «Стоит ли упоминать о таких мелочах». Я не дала ему заговорить.

— Но дело не только в деньгах. Если Кошкин готов на грязную игру — настолько грязную, что речь идет о жизнях — остановит ли его штамп… запись в метрической книге? Не захочет ли он отомстить уже тому, кто испортил ему сделку? Возможно, он начнет с суда, и тогда пойдут слухи, что… — Я проглотила слово «исправник». — … мой гипотетический супруг использует свое положение, чтобы повлиять на правосудие. Как это отразится на его карьере? На его чести?

— А что, если ему плевать на сплетни? — негромко поинтересовался Стрельцов.

— Мне не плевать. Не плевать, что имение уйдет за долги. Не плевать, что Кошкин вытянет из него последние соки.

Он упрямо поджал губы, и я добавила, глядя прямо ему в глаза:

— И мне не плевать на то, что я могу остаться молодой вдовой. Я не собираюсь рисковать чужой жизнью.

— Вы предпочитаете рискнуть своей, — парировал он. — Повесить большую яркую мишень на собственную спину. Не слишком ли много вы берете на себя, Глафира Андреевна? Не вам решать за других, на какой риск они готовы пойти.

— Но мне решать за себя. Выйти замуж — за кого бы то ни было — означает признать, что я лишь приз в чужой игре. Даже не я. Десять тысяч десятин земли и право удочерения титула. Если упрямство одной барышни развязало эту войну, барышне ее и заканчивать.

Нелидов прокашлялся.

— С вашего позволения…

Я кивнула, глядя на него.

— Юридически — и вы, господин исправник, знаете это куда лучше меня — замужество не решит проблему долга.

— Долги можно выплатить. Да, сумма чудовищная. Но это лишь деньги, а деньги можно добыть так или иначе. В отличие от, скажем, времени. Или душевного равновесия.

— Это не закончит войну. Лишь затянет ее.

— Возможно, Кошкин не готов проиграть барышне, но смирится с проигрышем мужчине, — не унимался Стрельцов.

— Боюсь, вы недооцениваете его амбиции. Я — как, уверен, это сделали и вы, Кирилл Аркадьевич — навел справки о женихе Глафиры Андреевны.

Стрельцов неохотно кивнул.

— Воспитанник дворянина Мышкина, из Кяхты. Наверняка вырос на тюках с чаем, знает все входы и выходы.

— Но это не главное, — сказал Нелидов. Поколебался. —Не знаю, прилично ли при барышне…

— Договаривайте, — приказала я.

Воспитанник… незаконнорожденный ребенок? Похоже на то, если Нелидов смущается «барышни».

— Мышкин всю юность провел в Лангедойле. Дружил с некоторыми известными философами. Нахватался идей естественного права и равенства людей от рождения.

Стрельцов сидел с каменным лицом.

— Воспитанника своего он растил как собственного сына вместе с законными детьми. Не знаю, как его супруга смогла с этим смириться.

— Она и не смирилась, — сухо заметил Стрельцов. — Иначе Мышкин не закончил бы свои дни в сумасшедшем доме.