Книга Анастасия. Железная княжна, страница 76 – Адель Хайд

Россимские князья имели крепкие желудки, но и они побледнели. Посол островитян, человек стойкий, повидавший многое, всегда считал себя несгибаемым… но, увидев во что превратился премьер-министр Пеплоны не удержал содержимое желудка.

Не потому, что он испугался и не потому, что ему стало жаль графа Дуйворта. А потому что он представил, что было бы, если бы россимские князья не захватили его корабль? Что если бы эти глаза были его, Ляй Синя?

И Ляй Синя стошнило во второй раз.

Кирилл Демидов странно дёргался. — Ему нужно помочь! — вскрикнул Фёдор Троекуров. — Как? — отозвался Никита Урусов, и повернувшись к фон Шнафту спросил— Что мы можем сделать?!

Пока Отто пытался вспомнить, что можно предпринять, Троекуров пошёл в сторону Демидова. Было видно, что князь Кирилл держится из последних сил. Он всё ещё стоял, упираясь крепкими ногами в пол, но руки уже начали опускаться. Медленно и неотвратимо. Он всё ещё пытался удержать стену, но сил практически не оставалось.

Фёдор смотрел на Кирилла и не узнавал, Лицо молодого мужчины изрезали морщины, казалось, что он внезапно постарел на полвека, прядь рыжих когда-то волос побелела. Что за ужас пришлось ему пережить, почему не позвал?

Руки Кирилла практически упали, видимо, он держался сколько мог, но теперь у него больше не было сил.

Никто не знал, что делать. Никто никогда не сталкивался с таким ужасом.

Урусов, привыкший командовать резко бросил:

— Ляй Синь? Отто? Давайте вспоминать! Что там про ваших чудовищ в легендах?

— Морское чудовище может победить только морской дракон, — мрачно проговорил Ляй Синь и покосился на Михаила Воронцова.

Михаила передёрнуло. Урусов хмыкнул. — Михаил, ну, никто ж не заставляет тебя его кусать за ж…. Просто унеси его туда, откуда он не выплывет.

— Эй, кто-нибудь, сюда, сейчас я заменю Кирилла, заберите его — послышалось со стороны Фёдора Троекурова.

Все повернулись. Троекуров стоял рядом с Демидовым, он уже сорвал с себя рубашку и теперь взрезал руки кинжалом. Встал напротив обессилевшего, но каким-то чудом ещё державшегосяна ногах Демидова, Троекуров подцепил только ему видимую нить и как будто бы стал её наматывать на свои руки, совершая странные вращательные движения. И в один момент магия хлынула, и защита встала, вытягивая руки Фёдора наверх, превращая его в распятие. Все поняли, что Фёдор перетащил защиту на себя, освободив обессилевшего и почти обескровленного Кирилла. Стена перестала дрожать и стала гораздо более плотной.

Кирилл рухнул. Теперь Троекуров держал защиту.

— Братья… — выдавил он сквозь зубы. — Я не знаю, как Кирилл столько продержался. Это… это сложно. Решайте, что делаем.

Все взгляды обратились к Ляй Синю. Он дал имя этому чудовищу — пусть теперь скажет, как его победить.

Но кроме того, что водный дракон может утащить умибодзу, посол островитян ничего не мог подсказать.

После короткого совещания решили следующее: пока Троекуров держит защиту, а глаза чудовища снова закрыты, Михаил Воронцов превращается в дракона и пытается увести тварь в глубины океана.

Урусов страхует Троекурова, а Отто фон Шнафт и Ляй Синь пытаются помочь Демидову.

Воронцов попытался трансформироваться, но свободного пространства было слишком мало.

— Не получается, — сказал Воронцов, — надо выходить в открытое море. И оттуда уже идти сюда, во дворец.