Книга Берегись, Ангел!, страница 124 – Иоланта Палла

— Макс?! — Вырывается изо рта не то крик, не то хрип, потому что происходящее на ринге выдирает сердце с корнем.

Не могу видеть их драки. Не могу!

Хочется плакать от собственного бессилия, но охранник сурово сводит брови вместе, перекрывая дорогу к этим дуракам, которые били друг другу лица, не замечая меня.

— Жетон есть? — Спрашивает крупный мужчина, пока я слежу за каждым движением Круглова и Аристова.

— Нет. Пустите, пожалуйста, прошу, проглатывая противную слюну, — там… там мой парень. — Произношу первое, что приходит в голову.

— Какой именно? — Раздается голос сбоку, и я тут же перевожу взгляд на его обладателя.

Мужчина с интересом рассматривает меня и перекатывает зубочистку языком.

— Так, — начинаю растеряно, — так тот. — Поднимаю руку и показываю на ринг.

— Малого девчонка, значит, хм. — Он делает шаг к охраннику и хлопает ему по плечу. — Пропусти. Может, остановит его, а то устал смотреть на эти потуги.

Данияр

Я приехал в клуб Янкевича ровно в назначенное время, но Круга еще не было. Сомнения насчет предстоящего боя вгрызались в глотку не хуже хищного зверя, но отменить это мероприятие не мог. Нам давно пора решить разногласия, а после открывшейся правды руки прям-таки чесались пару раз съездить по его тупой роже.

Даже не знаю, что меня злило больше. Его бездействие в отношении Ангелочка или слабохарактерность по жизни.

— Один прибыл. — Олег встречает меня и пожимает руку.

— Пусто, — киваю на зал, где кроме нас и охранника никого нет, — ты не предупредил, что зрителей не будет.

— Я по твоему похож на идиота? — Янкевич улыбается и ведет меня к себе в кабинет. — Не собираюсь ваши личные разборки вытаскивать на всеобщее внимание. Можешь не благодарить. — Он медленно садится за стол и кидает в рот зубочистку, хитро глядя на меня. — Не поздно передумать.

— Нет, я не передумаю. Есть вещи, которые не донести словами, к сожалению.

Олег кивает, а я проглатываю вязкую слюну, вспоминая те строчки, которые врезались в память.

Макс самый лучший. Сегодня мы идем на свидание. Я так рада…

Он меня поцеловал, точнее я его… Божественно, но папа все видел и запретил нам встречаться. Я не знаю, что теперь делать…

Не понимаю, как дальше жить после того, что открылось… Мы не можем быть вместе, и причина меня убивает…

Трясу головой, чтобы прогнать тяжелый морок воспоминаний. В сундучке лежал дневник и еще кое-что. То, мать твою, чего я совсем не ожидал там увидеть.

— Вот и второй. — Янкевич уставился на дверь, через которую виднелся силуэт Круглова. — Приступайте. — Усмехнулся он, а я поднялся и побрел к Максу.

— На ринг топай. — Сухо бросил ему, и тот последовал за мной.

Все ждал, когда Круг заговорит и начнет оправдываться, но он упорно молчал, скинув толстовку и поправив тейпы.

Предусмотрительный. Заранее намотал, а я вот начал это делать при нем.

Злость от его молчания и вида бедной овечки нарастала, и когда я закончил, уже готов был разнести всех, кто попадется под руку.

Я не привык выжидать и тактику Круга изучил за время дружбы, да и потом он изощренными приемами не блистал, поэтому атаковал первым, зацепив нос, который за пару лет пострадал раз десять, если не больше.

— Так и будешь молчать, друг? —Спрашиваю, усмехаясь, пока Макс только ставит блоки, но не спешит бить.