Книга Берегись, Ангел!, страница 127 – Иоланта Палла

Уходит. Пару секунд смотрит на меня и валит к чертям.

— Да-а-а, добры молодцы, — протягивает Янкевич, когда я сажусь на диван, ощущая омерзение ко всему, — насмешили честной народ. — Он усмехается, откидываясь на спинку кресла, а я киваю, ведь он прав.

Вроде так ждал этого момента, а по итогу получил лишь неудовлетворение и горечь, вызванную появлением Цветковой и ее слезами. Черт!

— Я смотрю, и девушка твоя не оценила подвига? — Олег внимательно следит за моей реакцией, и не зря.

— Не понял, — прищуриваюсь,глядя на хитрую улыбку, которая скользнула по его лицу, — с чего ты взял, что она моя девушка?

— Это не мои предположения, — усмехнулся Янкевич, наклоняясь и шебурша в столе, — она влетела сюда и просила пропустить. Сказала, дерется ее парень и, — он достал бутылку со стаканом, — указала на тебя.

Никогда не испытывал такого.

Внутренние органы словно на пол рухнули.

— Не зря хоть пыжились? — Вернул мое внимание Янкевич, наливая себе коньяка. — Смотрю, у друга тоже рука тяжелая, и приемы отточены.

— Да, — я провел по правой щеке и усмехнулся, — почти выяснили.

— Он не выкладывался по полной, хотя мог бы. Поговорили бы сейчас, — Олег тычет в монитор компьютера, — парнишка-то ждет.

Встаю и смотрю на изображение с камеры, которая установлена перед входом в здание. Круг завис около моей тачки и ждет, копаясь в телефоне. Усмехаюсь. Пробудил все-таки интерес к правде.

Только теперь не знал, а стоит ли вообще ее говорить. Как отреагирует?

Мне паршиво от этого факта, а что будет с ним?

Благодарю Янкевича и выхожу из "Дракона", игнорируя Круга. Молча сажусь за руль, а тот не издает и звука, просто смотрит за моими действиями. Машины его мамочки нет, значит, приехал на такси. Замечательно.

Отъезжаю от "Дракона", поглядывая в зеркала заднего вида.

Макс так и стоит на месте, только голову отворачивает, когда я заезжаю за угол.

Объезжаю здание и останавливаюсь около него, опуская стекло.

— Садись, великий мученик, — говорю спокойно, — прокатимся.

Круг открывает дверку и падает на сиденье без слов, лишь разбитую губенку потирает.

Медленно жму на газ, направляясь в до боли знакомое место.

Сейчас, наверное, пора пообщаться всем троим, хоть третьего голоса мы и не услышим.

Странное чувство копошится в грудной клетке, пока Круг упорно набирает чей-то номер.

— Она не ответит, — констатирую факт, а Макс переводит взгляд на меня, — бесполезно. Цветкова не ответит. Хоть ты сто раз ей позвони.

Уж мне точно не светит разговор с Ангелочком.

Чтобы добиться внимания, нужно будет придумать что-то сверхестественное.

Только мысли крутятся хаотично, и я не могу сосредоточиться на предстоящей беседе с "другом".

— Бардачок открой, — сворачиваю на главную дорогу, сжимая оплетку и проглатывая идиотское чувство, — бумажку возьми. —Останавливаю машину на обочине и включаю свет, чтобы Круг смог прочитать, что там написано.

Макс тянется к бардачку, открывает и берет листок, сложенный пополам. Разворачивает и меняется в лице уже через пару секунд.

— Это что? — Спрашивает, глядя на меня и тыча листком в лицо. — Шутка такая?

— Нет, — пожимаю плечами, — я таким шутить не собираюсь, — усмехаюсь, глуша мотор, — брат.

Данияр

Круг будто в другом измерении находится. Смотрит на меня в упор, но не видит. Думает.

Через пару секунд бросает бумажку мне и выскакивает из тачки, громко хлопая дверкой. Слышу, как посыпались маты, и кажется, он пару раз пнул колеса споркара.