Книга Выскочка, научи меня плохому, страница 46 – Иоланта Палла

Пытаться объяснить? Не услышит. Молить о пощаде? О чем я?

Владимир Эдуардович не станет меня слушать ни при каком раскладе. Я не его уровня. Приемыш, которому уже уготована учесть, и жизнь расписана, как распорядок дня в ежедневнике.

— Теперь будешь ездить везде с водителем, — произносит спокойнее и выпрямляется, — в университет, магазин, даже в туалет, если понадобится, с ним пойдешь, — тяжело выдыхает, а я смиренно стою и не двигаюсь, — и еще. Раз уж Света так отчаянно тебя оправдывает, будет ездить вместе с тобой. Будете смотреть друг за другом.

— Что… — Шепчу, поднимая голову и еле дыша от отчаяния.

Только не это. Что угодно, но только не сестричкино общество…

— Вроде взрослые девчонки уже, а ведете себя не хуже десятилеток. — Фыркает, складывая руки на груди. — С Максом была, да?

Киваю, часто дыша и стуча ногой, чтобы немного успокоить свои нервы.Папа уже выглядит спокойным, внешне никак не проявляя своего недовольства, что не удивительно, ведь он все решил. Подписал мне смертный приговор. Светкино общество… Лучше застрелиться…

— Парень из хорошей семьи, — отмечает задумчиво, — и Света с ним ладит. Скажи, что поговорить с ним хочу.

— О чем?

Последняя фраза пугает больше всего, что было сказано до этого. Зачем папе вести беседы с Кругловым?

— О том, милая, что если он встречается с моей дочкой, то должен возвращать ее в целости и сохранности, при этом и пальцем ее не касаясь, даже, — прищуривается, останавливая взгляд на моих руках, все еще сжимающих разорванную ткань, — если она сама этого просит.

Горло сжимает, словно невидимыми веревками, так сложно дышать от его слов. Тонкое проявление заботы и оскорбление в одном флаконе. Умеет, Владимир Эдуардович, совместить пряник с кнутом.

— Завтра я жду твоего кавалера на беседу о хорошем поведении.

— Не надо, пап. Ты же меня оп… — Замолкаю, не договорив, потому что отец делает несколько шагов ко мне, берет пиджак Круглова и кидает мне в лицо.

Успеваю поймать его и крепко впиться в черную ткань пальцами.

— Завтра, Лилия. Сообщи ему, что жду после обеда. — Снова дарит мне презрительный взгляд прежде, чем своеобразно пожелать спокойной ночи. — Свободна.

__________

Нервные клетки восстанавливаются, но очень медленно. Только, боюсь, что моим не суждено пройти через столь необходимый процесс, потому что мне пришлось вызвать Круглова к нам. Звонить я не стала, просто трусливо сбросила ему сообщение, запершись в комнате. Светка стучала и хотела поговорить, но я не открыла.

Меньше всего хотелось лицезреть виновницу моего наказания. Ночь была адовой, а на утро я с удивлением обнаружила ответ Макса.

Без проблем, Выскочка.

Теперь же, когда он находился в кабинете с отцом, я готова была грызть ногти, но лишь хмурилась и ходила из угла в угол. Страшно представить, что сейчас выслушивает мажорик за наши вчерашние приключения, которые я прокручивала перед сном. Не смотря на папино недовольство, я бы повторила этот вечер. Даже сейчас, вспоминая, как мы бежали от охранников и падали с забора, ловила себя на том, что улыбка расплывается по лицу.

— Какие мы напряженные. — Я вздрогнула от того, как тихо сестричка открыла дверь и оперласьо косяк, равнодушно рассматривая свои пальчики. — Неужели так повеселились, что есть о чем переживать?