Книга Притворись моим другом, страница 69 – Иоланта Палла

Виновато звучит, но я отрицательно качаю головой. Чем тут поможешь?

- Руслан, - от неожиданности дергаюсь и проливаю кофе на пол.

Майорова часто дышит и поправляет больничный халат. Глаза испуганные. Перевожу взгляд на друга.

- Я написал, где мы.

- Что с ней?

- Она не в курсе? – Серый удивленно поднимает брови и поднимается. – Отойду-ка я.

- Руслан?

Делаю глоток кофе и обжигаюсь. Черт!

- У моей матери рак, Ева, - смотрю на нее, поднимая тему, которую при Майоровой не затрагивали, - но я думаю, ты и так догадывалась.

Вертит головой. Глаза такие, что меня скручивает еще сильнее.

- Нет. Нет. Нет. Это дурацкая шутка… - ищет во мне что-то огромными глазами, но тут же опускает плечи. – Скажи, что это шутка…

Еслибы. Обнимает себя руками, а я поднимаюсь и подхожу ближе. Впечатывается в меня и всхлипывает. Одним словом – добивает.

Евангелина

Известие о болезни Веры стало для меня сильным ударом. Я только узнала её и полюбила, и сейчас вынуждена смириться с тем, что этого чудесного человека скоро не будет на белом свете. Такого пинка даже от врагов нельзя ожидать. Лишь судьба-злодейка способна в один миг разрушить всё хорошее, что было за последние недели, в течение которых я думала лишь о Руслане. Да, я и теперь о нём думаю, но мысли эти совершенно другого плана.

До больницы я витала в облаках, наслаждалась вечерами, которые мы проводили в уютной семейной атмосфере, и, конечно, ждала момента, когда мы с Русланом оставались одни в скромном освещении от светодиодов. Я даже в самом откровенном сне не могла представить, чем обернется наше общение.

В доме Власовых я снова ощущала дикое счастье. Такой энергетический подъем у меня был, когда мама еще была жива, а папа мог улыбаться. Я будто попадала в сказку. Только теперь волшебного финала не стоит ждать, но мне бы очень хотелось.

Я не находила слов, чтобы поддержать Власова. Он вновь стал отрешенным, и это видела не только я, но и его друзья. Мы по-прежнему сидели за одной партой в школе, только Власов находился где-то за пределами здания.

- Ева, - Лёнька игнорирует любую просьбу Руслана не называть меня так, в принципе, как и сам Власов в своё время не принял к сведению мои слова, а теперь мне даже нравится, - что с Русом творится?

Филатов хмуро смотрит в спину удаляющегося из кабинета Власова, берет стул, переворачивает его и садится, помещая руки на спинку. Я уже не реагирую остро на внимание одноклассников. Алан и Лёня вполне нормальные парни. Про других ничего не могу сказать. Резников появился в школе не так давно. Слышала, как Кристина со своим подружками обсуждала его отдых за границей. Мне все равно, где он был. Главное, что сейчас он ведет себя так, словно не было никакого буллинга с его стороны. Вот только показной игнор после убийственной травли заставляет слегка нервничать.

- Думаю, тебе лучше спросить у него самого, - выбираю самый нейтральный вариант ответа и не успеваю рот закрыть, как в класс влетает Романова и, выглянув в коридор, громко хлопает дверью.

- Я вам сейчас такое расскажу, - на её лице нет радости или привычной стервозной ухмылки, наоборот, оно слишком серьезное дляКрис, - просто жесть.

Все притихают. Большая половина класса здесь. Нет лишь Власова, Сапронникова и Уваровой. От чего-то я напрягаюсь. С Кристиной у меня нет ничего общего. Она сплетница и завистница. Эти два определения идут вперед нее.