Книга История любви леди Элизабет, страница 192 – Джудит Макнот

Ян улыбнулся, посмеиваясь над собой. Во всех сферах своей жизни он был хладнокровно практичен, когда же дело касалось Элизабет, то Ян становился то слепым и легко возбудимым, то, как сейчас, определенно околдованным. Сегодня утром по пути сюда Торнтон остановился у самого модного лондонского ювелира и сделалпокупки, которые оставили владельца лавки мистера Финиаса Уэдерборна, провожавшего Яна с поклонами до дверей, в состоянии бурного восторга и сомнения в реальности происшедшего. И действительно, в кармане Яна лежало обручальное кольцо, но он взял его с собой только потому, что думал, будто его не надо примерять. Ян не наденет кольцо на палец Элизабет до тех пор, пока она не будет готова признаться, что любит его, или по крайней мере что хочет выйти за него замуж. Его собственные родители любили друг друга, не стыдясь и не сдерживая своих чувств. Меньшего Торнтон не ждал от Элизабет, что, подумал Ян при этом, довольно странно, ведь он не ожидал и даже искренне не хотел того же от Кристины.

Единственная проблема, которая беспокоила Яна, – это реакция Элизабет, когда та узнает, что уже просватана за него, или еще хуже, что его заставили заплатить за нее. Она не знала о первом, и нет оснований для того, что она когда-нибудьузнает о втором. Ян особо предупредил ее дядю, что он оба эти вопроса решит сам.

Все дома на Променад-стрит были белые с узорными чугунными воротами перед ними. Хотя они не были так внушительны, как особняки на Аппер-Брук-стрит, это была красивая улица, по которой двигались модные женщины в шляпках и платьях пастельных тонов рука об руку с безукоризненно одетыми мужчинами.

Когда кучер остановил своих серых перед домом Камерона, Ян заметил, что перед ним уже стояли две кареты, но не обратил внимания на наемный экипаж, остановившийся позади. Раздраженно думая о предстоящей стычке с нахальным дворецким Элизабет, он поднимался по ступеням, когда голос Дункана окликнул его, и Ян удивленно обернулся.

– Я приехал сегодня утром, – объяснил Дункан, искоса взглянув на двух семенивших вниз по улице франтов в камзолах, обтягивающих их осиные талии, и рубашках с доходящими до подбородка воротничками, увешанными цепочками и печатками.

– Твой дворецкий сказал мне, что ты здесь. Я подумал… то есть я хотел узнать, как обстоят дела.

– А так как мой дворецкий не знал, – заключил Ян с насмешливым раздражением, – ты решил поехать к Элизабет и посмотреть, не сможешь ли узнать все сам?

– Что-то в этом роде, – спокойно сказал священник. – Я думаю, Элизабет считает меня другом. Поэтому я намеревался заехать к ней, и, если тебя здесь нет, замолвить затебя словечко.

– Только одно? – спросил мягко Ян.

Священник не отступил; он редко отступал, особенно в делах, касавшихся морали или справедливости.

– Зная, как ты обошелся с ней, мне было очень трудно найти и одно. Как повернулось дело с твоим дедом?

– Довольно хорошо, – ответил Ян, думая о встрече с Элизабет. – Он здесь, в Лондоне.

– И?

– И, – насмешливо сказал Ян, – ты можешь обращаться ко мне «милорд».

– Я приехал сюда, – настойчиво продолжал Дункан, – чтобы обратиться к тебе как к «жениху».

Раздражение мелькнуло в выражении смуглого лица Яна.

– Ты никогда не перестанешь настаивать, правда? Я распоряжался своей жизнью в течение тридцати лет сам, Дункан. Думаю, смогу сделать это и сейчас.