Книга Предатель. Ты солгал всем, страница 2 – Стася Бестужева

Я не могла пошевелиться. Не могла вздохнуть. Горло сжалось, как будто невидимая рука схватила меня и душила.

Анатолий первым заметил меня. Он резко отстранился от Веры, и на его лице отразилась целая гамма эмоций… от удивления до паники и, наконец, до какого-то обречённого спокойствия.

— Ксюша... — начал он.

Вера подскочила, как ужаленная. Её лицо побледнело так сильно, что веснушки на нём стали похожи на брызги грязи.

— Ксюш, я... Мы можем объяснить... — пролепетала она.

Я смотрела на них, и мне казалось, что я наблюдаю за какой-то сценой из фильма. Это не могло происходить со мной. Не с моим мужем. Не с моей лучшей подругой. Не на свадьбе моей дочери.

Но это происходило.

— Как... как давно? — мой голос прозвучал чужим, хриплым, как будто не я говорила.

Анатолий встал, сделал шаг ко мне.

— Ксюш, давай не здесь. Не сегодня. Это день Маши, давай не будем...

— Как давно? — повторила я, и на этот раз мой голос был тверже. Я сама удивилась своему спокойствию. Внутри меня бушевал ураган, но снаружи я была почти неподвижна.

Они переглянулись, и этот взгляд сказал мне больше, чем все слова. Взгляд людей, у которых есть общие секреты. Людей, предавших меня.

— Три года, — наконец тихо сказала Вера, глядя в пол. — Ксюш, я...

Три года. Три годаони встречались за моей спиной. Пока я готовила ужины, помогала детям с уроками, планировала семейные праздники и отпуска, поддерживала Анатолия в его карьере. Три года мой муж и моя лучшая подруга смотрели мне в глаза и лгали.

Что-то внутри меня сломалось. Ощущение было физическим, как будто трещина прошла через всё моё существо. Боль была такой острой, что на мгновение я подумала, что у меня сердечный приступ.

— Мама? Пап? Что происходит?

Маша стоит в коридоре, красивая в своём белом платье, с выражением тревоги на лице. И тут я понимаю, что не могу устраивать сцену. Не могу разрушить свадьбу дочери своими проблемами.

Я сделала глубокий вдох и с усилием улыбнулась:

— Ничего, милая. Я просто искала папу. Пора резать торт.

Глаза Анатолия расширились от удивления. Он явно ожидал истерики, криков, сцены. Но я не могла позволить себе такую роскошь. Не сейчас. Не здесь.

— Да, конечно, — поспешно сказал он, подходя к дочери и обнимая её за плечи. — Идём, принцесса.

Я посмотрела на Веру. Она стояла, опустив голову, и её плечи дрожали. Мне хотелось ударить её, закричать, спросить, как она могла так поступить со мной после стольких лет дружбы. Но я только сказала:

— Не показывайся мне на глаза. Ни здесь, ни когда-либо ещё.

И пошла вслед за мужем и дочерью.

Оставшаяся часть вечера прошла как в тумане. Я улыбалась, фотографировалась, поднимала бокалы за счастье молодожёнов. Танцевала с Анатолием, когда этого требовал протокол. Со стороны мы, наверное, выглядели идеальной семейной парой… успешный бизнесмен и его элегантная жена, родители прекрасной невесты.

Но внутри меня было пусто. Абсолютно пусто. Как будто все чувства разом выключили.

Когда мы вернулись домой далеко за полночь, дети сразу разошлись по своим комнатам. Мы с Анатолием остались одни в гостиной.

— Ксюш... — начал он.

— Не сейчас, — перебила я его. — Я слишком устала.

И это была правда. Я чувствовала себя выжатой, как лимон. Но дело было не в физической усталости. Я устала эмоционально, морально. Двадцать пять лет моей жизни только что оказались обманом.