Книга Развод. Пусть горят мосты, страница 2 – Стася Бестужева

Как я могла быть такой слепой?

В памяти всплывает корпоратив компании Павла три месяца назад — единственный, на который я смогла пойти за последний год. Высокая блондинка, представившаяся новым PR-менеджером, которая так мило щебетала о своих идеях для бизнеса. «Вероника просто находка для компании», — говорил Павел. «Такие молодые таланты нужно ценить». А я, дура, радовалась за его успешный бизнес, гордилась мужем, построившим процветающую строительную компанию с нуля.

Я отрываюсь от телефона и обвожу взглядом кухню. Наш большой дом, который мы купили пять лет назад, когда бизнес Павла пошел в гору. Современная техника, дизайнерская мебель, все эти милые мелочи, которые я бережно подбирала, создавая уютное семейное гнездо. Фотографии на стенах — наша свадьба, рождение Ники, первые шаги Даниила, совместные отпуска. Наша идеальная жизнь, которой завидовали друзья и коллеги.

«Вам с Павлом так повезло, у вас такая крепкая семья», — часто говорит мне Ирина, медсестра из моего отделения, мать-одиночка, тянущая двоих сыновей. И я самодовольно улыбалась, считая, что заслужила это счастье своей преданностью семье, тяжелой работой, умением находить балансмежду карьерой и домом.

Звук открывающейся входной двери возвращает меня в реальность. Дети. Они ходили гулять с соседским мальчиком и его мамой. Я быстро блокирую телефон Павла, кладу его на место и вытираю слезы, о которых даже не подозревала. Глубокий вдох. Выдох. Нужно собраться. Дети не должны ничего заметить.

— Мама! — Даниил влетает на кухню с разрумянившимися щеками. — Мы видели ежика в парке! Настоящего!

— Правда? — я стараюсь, чтобы голос звучал нормально. — Как интересно, солнышко.

Ника входит следом, более сдержанная, как всегда. В свои двенадцать она уже такая взрослая. Внимательно смотрит на меня, хмурится.

— Мам, ты плакала?

Проницательность дочери иногда пугает меня. Она замечает то, что скрыто от других. Я делаю вид, что удивлена.

— Что? Нет, конечно. Просто устала немного. Вчера была тяжелая смена.

Она не выглядит убежденной, но не настаивает. Вместо этого достает из холодильника сок и наливает себе и брату.

— Папы еще нет? — спрашивает она как бы между прочим, но я ловлю в ее голосе напряжение.

— У него важная встреча, — отвечаю я механически, повторяя ложь, которую сама только что прочитала в его переписке.

— Опять, — вздыхает Ника, и в этом вздохе столько понимания взрослых проблем, что мое сердце сжимается.

Они тоже видят его отсутствие. Чувствуют его отдаление. Но в отличие от меня, они не могут назвать вещи своими именами. Для них папа просто много работает. Успешный, занятой папа, который все реже бывает дома, но зато привозит дорогие подарки и устраивает «особенные дни» только для них.

Я готовлю детям обед… макароны с сыром для Даниила, его любимое блюдо, и салат для Ники, которая недавно решила стать вегетарианкой. Автоматические движения, привычные фразы, улыбка, приклеенная к лицу. Внутри меня бушует ураган, но внешне я остаюсь прежней заботливой мамой, которая спрашивает о школе, о друзьях, о планах на воскресенье.

— Давайте сходим завтра в тот новый научный музей, — предлагаю я. — Там есть интерактивная выставка о человеческом теле, думаю, вам понравится.

— А папа пойдет с нами? — тут же спрашивает Даниил.