Книга Дочь врага, страница 58 – Мелисса Поутт

Энола хлопает в ладоши и расплывается в сияющей улыбке.

– Я выбрала для тебя самое красивое платье. Пойду принесу.

– Я не соглашалась, – говорю ей вслед.

Она оборачивается в дверях.

– Но ты и не сказала «нет».

Я уверена, что сказала. Но в ее словах есть логика. Если мое присутствие на похоронах Фаррона сможет остановить или замедлить уничтожение моего народа, то я должна пойти. Пока я не могу сбежать, возможно, мудро будет сыграть на обеих сторонах.

Мягкий ветерок врывается в окна, теребя пряди волос, выбившиеся из моей прически. Но его недостаточно, чтобы охладить воздух внутри этого… средства передвижения. Может быть, если бы мы ехали быстрее, это бы помогло. Чтобы отвлечься от нестерпимой жары, я разглаживаю подол украшенного цветами платья – прекрасного винного оттенка, который я не носила никогда в жизни, – потом провожу пальцами по шву на кожаных сиденьях. Я хорошо шью, но это просто совершенство. И на сиденье удобно – я никогда не чувствовала ничего подобного.

Энола улыбается и барабанит пальцами по рулевому колесу.

– В первый раз в автомашине?

Я высовываю локоть в открытое окно, потрясенная тем, что раньше тут были стекла.

– В первый раз внутри чего-то с колесами. Но зачем вы им управляете? Разве нас везет не Вадор?

Мой взгляд возвращается к крупам пегих лошадей, идущих иноходью в нескольких футах перед нами и тянущих автомашинусо скоростью пешехода.

Энола моргает.

– Я особо ничего не делаю, просто держу колеса прямо. Но поверь, если старик Каин или Венда испугаются, ты захочешь, чтобы я нас притормозила.

Я киваю, и у меня по виску стекает капля пота.

– Вы часто ездите в старых автомашинах?

– Я? Нет. Предпочитаю спину лошади. Но некоторые семьи с маленькими детьми пользуются авто, и я решила, раз ты все еще слаба, тебе понравится. Знаешь, когда мы с Вадором только познакомились, у нас был «Глот-Флитвей». Немного старомодная автомашина, но двигатель у нее урчал. Может быть, как-нибудь мы найдем немного топлива, и я покажу тебе, что такое водить на самом деле. Или, если найдем рабочий аккумулятор, я прокачу тебя на электрическом авто. Но они всеперестали держать заряд лет десять назад. Очень жаль. Они были забавные, могли ездить сами по себе.

– Звучит как выдумка.

Мама никогда не рассказывала об этом, ведь ей было всего семь, когда упали бомбы, и она мало что помнила из старого мира, включая своих родителей. Отец был гораздо старше, когда все случилось, но он предпочитает не оглядываться на прошлое. Говорит, это слишком больно.

– Вы скучаете по прошлому?

Она склоняет голову.

– Я нечасто позволяю себе думать о нем, потому что очень скучаю. Скучаю по хорошим вещам. Пусть даже среди наших лидеров было много коррупции, а среди людей – различий. А еще на другом конце мира разворачивалась война.

Значит, она согласна, что у старого мира были серьезные проблемы.

– Но наши города стояли без оград, – говорит она. – Путешествия за их пределами не считались опасными – как правило. Нет, там все было не идеально. К примеру, проблемы с беззаконием и нищетой, как везде. Но было и много лет мирного времени. Можно было построить хорошую жизнь. – Она поворачивается и смотрит на меня. – Поэтому семьи-основатели и старались воссоздать как можно больше из прошлого в Кингсленде.

В ее устах их жизнь выглядит такой очаровательной. Невинной. Но она правда думает, что я не знаю о цене? Той, что они сдирают со спин всех пяти кланов? Люди Кингсленда, может, и не такие варвары, как я ожидала, ведь они не пытали меня и у них есть по крайней мере несколько женщин не в рабстве, но они получили безопасностьтолько потому, что забрали нашу. Они расшатали кланы на всех уровнях, чтобы получить хорошие вещи,о которых говорит Энола, и не делиться ими.