Книга Не трожь мою ёлочку, дракон!, страница 87 – Саша Винтер

— Возможно, не преднамеренно, милорд, — почти с сожалением произносит пристав. — Но факты есть факты. Просим вас не препятствовать исполнению воли закона.

Один из более молодых вынимает кандалы. Обычные металлические кольца с задвижками. Тяжёлые на вид и совершенно бездушные.

— Баронесса Тэллер, — официально произносит старший, — пожалуйста, ваши руки.

Аэриос оборачивается ко мне, в глазах шок и ярость одновременно.

— Валери, не делай этого, — произносит твёрдо. — Они ошибаются. Это подлог. Не соглашайся!

Лица гостей стираются из периферического зрения. Я вижу только лицоАэриоса. Сердце сжимает боль. Настоящая Валери могла делать что угодно. Откуда мне знать, делала я то, в чём меня обвиняют, или нет?

— Аэр… — выдыхаю я тихо, чтобы слышал только он. — Я не могу быть уверена, что оригинальная Валери… ничего этого не делала. Я не помню её жизнь и не могу доказать, что они ошибаются.

Он будто получает удар в грудь.

— Валери!.. — в голосе боль, сожаление, ярость смешались в один надрывный рык.

— Аэриос, — перебиваю я и больше всего в мире хочу его успокоить. — Я не хочу позора твоей семье. Если это правда, я должна ответить. Если неправда, суд меня оправдает.

Приставы почти извиняются взглядами.

— Мы обязаны проводить вас до экипажа, — произносит старший ровным протокольным голосом. — Повозка ждёт у ворот замка. Суд состоится в Южной Сиерии. Мы доставим вас туда кораблём. Путь займёт две недели.

Он поворачивается к Аэриосу:

— Суд не будет закрытым, вы сможете присутствовать, — добавляет. — Дата суда будет объявлена, когда мы достигнем материка.

Аэриос яростно вскидывает взгляд. И я кожей чувствую, что он готов обратиться и сжечь их прямо тут. Но он не переходит грань.

— Я не позволю!.. — бросает резко. — Если Валери нужно держать под стражей, поместите её в темницу Стормдорна. Двухнедельное сопровождение женщины по морю может навредить её здоровью!

— Милорд Витерн, — перебивает пристав всё тем же уважительным, но железным тоном. — Не вынуждайте нас прибегать к ограничениям. Мы действуем по закону Южной Сиерии. Юрисдикция Кайра не распространяется на этот случай.

И вот этот момент — когда закон становится ловушкой — ломает мне сердце сильнее всего. Я делаю шаг вперёд. Вставляю руки в кандалы сама. Холод металла кусает кожу.

— Валери, нет! — сзади почти кричит Аэриос.

Я оборачиваюсь к нему и он порывисто подходит ко мне. В глазах скорбь. Ему — моему драконьему мужчине — впервые за всё время нечего сказать.

— Всё будет хорошо, — шепчу я. — Правда.

— Я тебя вытащу, — хрипло выдыхает он, прижимая меня к себе так, будто я единственное, что может собрать его воединио. — Клянусь Этерией, Валери, я тебя вытащу. Я не позволю судить тебя!

— Я знаю, любимый, — отвечаю я. — Верю.

Меня аккуратно берут под локоть. Проводят по террасе, к воротам замка. Я не смотрю на оцепеневших гостей. В воздухевисит мрачное принятие, как снегопад на кладбище.

У ворот ждет экипаж — чёрный, закрытый, с металлической решёткой на дверце.

— Просим садиться, баронесса, — тихо говорит младший пристав, словно ему действительно жаль.

Я забираюсь на жёсткое сиденье, кладу руки на колени. Цепь тяжёлая. Кольца грубо глодают запястья. Внутрь напротив меня садится один из младших приставов, контролировать, чтобы я не сбежала.