Книга Запретная для звездного повелителя, страница 54 – Лея Арис

А Доминик… Доминик смотрит только на меня. Он медленно подходит ко мне. Его глаза, черные и нечитаемые, скользят по платью, по открытому плечу, по прическе, возвращаются к моему лицу.

— Ты… — он произносит одно слово, голос низкий, чуть хриплый. — Совершенна.

Я заливаюсь краской моментально.

Мы едем во дворец в его личном аэромобиле. Всю дорогу Доминик держит меня за руку, его большой палец бесшумно водит по моей ладони.

На парадном подъезде у дворца, когда двери открываются и на нас обрушивается шквал света и приглушенных голосов, он перекладывает мою руку себе под локоть, крепко прижимая ее к себе Щит. И одновременно — знак собственности.

Мы входим в главный зал. И на нас оборачиваются все. Сотни пар глаз — любопытных, оценивающих,завистливых, холодных. Шепоток пробегает по залу, как рябь по воде. «Амо Принца… в красном… землянка…» Я чувствую, как краснею, но поднимаю подбородок, глядя прямо перед собой. Доминик ведет меня сквозь этот живой коридор без тени смущения, его осанка — вызов всему залу.

Мы подходим к возвышению, где на двух тронах восседают Императрица и Император. Императрица смотрит на меня тем же пронизывающим, аналитическим взглядом, что и прежде. Император — с ярко красными глазами — кивает, его взгляд скользит по Доминику.

Мы кланяемся. Это не поклон. Это целая наука, которую я с грехом пополам вызубрила с Леди Гротеей. Кажется, я не позорюсь.

А потом Доминик оставляет меня.

«Останься с Кейном», — говорит он тихо и уходит в толпу, растворяясь среди мундиров и дипломатов.

Кейн тут же оказывается рядом с нами, создавая своим присутствием невидимый барьер между нами и остальным миром. Но я чувствую взгляды. Они пожирают мое красное платье, мое лицо, мою неуверенность.

Проходит время. Я пью что-то игристое, автоматически улыбаюсь Лизе, слышу обрывки разговоров Кейна с кем-то. И все это — сквозь плотный туман ожидания и тревоги. Где он? Что происходит?

И вот он возвращается. Пробивается к нам сквозь толпу. Его лицо… оно не такое, как обычно. В нем есть напряжение, внутренняя взволнованность, которую он не может или не хочет скрыть полностью. Он берет меня за руку, его пальцы сжимаются почти болезненно.

— Пойдем, — говорит он отрывисто и, не слушая возражений Кейна, ведет меня не к выходу, а к одной из боковых арок, ведущей на огромную, пустынную террасу.

Прохладный ночной воздух. Звуки бала доносятся сюда приглушенно, как шум далекого водопада. Он отводит меня к парапету, к самому краю, где открывается вид на сияющий огнями город.

Поворачивается ко мне, держа обе мои руки в своих.

— Кристина, — говорит он, и его голос звучит странно, сдавленно. — Слушай меня. И забудь на минуту все. Забудь контракт. Забудь долг перед семьей. Забудь протоколы и Галактики. Если бы… если бы ничего этого не было. Если бы все было иначе. Если бы я был просто мужчиной, а ты — просто женщиной… — Он делает паузу, его черные глаза впиваются в мои, и в них я вижу не Принца, а того человека с Соларии, того, что шептал «доверься мне». — Ты бы вышла за меня? Согласилась быстать моей женой?

Мир переворачивается.

У меня подкашиваются ноги. В глазах накатывают предательские слезы.

— Доминик… — мое дыхание срывается. Слезы катятся по щекам, оставляя следы на безупречном макияже.

— Это не ответ, — настаивает он, его пальцы сжимают мои еще сильнее. — Согласилась бы?