Книга За пределами моря: тайна невесты-русалки, страница 11 – Антонина Штир

Мегинхард спешился на камни дорожки, ведущей к замку. Он прибыл сюда по приглашению сэра Роберта Артвиля, чья молодая невеста внезапно заболела. Случай был интересный — ни с того ни с сего здоровая девушка теряла силы и с каждым днём всё больше погружалась в мир мёртвых. Любопытство и желание справиться с тем, с чем не смогли другие, влекло мага в замок. Поэтому он так легко согласился выполнить просьбу сэра Роберта, переданную через его оруженосца, впрочем, не безвозмездно, а за очень хорошую плату.

Рыцарь вышел встречать его к воротам, предложив отдохнуть с дороги и поесть. Отдыхать Мегинхард не стал, а вот от обеда не отказался — из Карранды выехали спешно, не взяв с собою еды. Велев подать вино из запасов магистра Грэхема, маг проследовал мимо рыцаря и замешкавшегося оруженосца в замок. Он знал каждый уголок крепости, ведь участвовал в основании Ордена Пяти мечей двести лет назад. Тогдашний магистр хотел непременно иметь штатного мага-дознавателя, дабы исключить проникновение колдунов и ведьм в Орден. Конечно, то была не единственная его задача, но Мегинхард не любил об этом вспоминать. Достаточно того, что он отошёл от дел более ста лет назад и жил в Карранде, пристанище свободных магов, хотя об уединении ему приходилось лишь мечтать. Слава Мегинхарда шла впереди него, и многие обращались к нему за помощью. По счастью, он мог выбирать, спасая не всех подряд, а лишь избранных.

На лестнице рыцарь отвёл его в сторону и полушёпотом поведал об изменениях в состоянии Лигеи, его невесты. И когда сэр Роберт закончил, маг потёр руки от удовольствия — дело становилось всё интереснее.

— Давайте устроим совместную трапезу — Вы, я и Ваша невеста. Хочу понаблюдать за ней в расслабленной обстановке.

— Как думаете, мессир, колдовство, если это оно, можно снять? — голос рыцаря дрогнул и сорвался.

— Бывает по-разному, — уклончиво ответил Мегинхард. — Как можно что-то обещать заранее? Но я сделаю всё, что смогу, — добавил он, видя разочарование на лице рыцаря.

Вскоре он сидел в уютной столовой, где на стенах висели гобелены со сценками из прошлого Ордена, а на столе благоухали лилии: жёлтые и малиновые в одном букете, цвета морского заката. Иногда Мегинхард был романтиком, чем смешил даже самого себя.

Служанка ловко расставляла посуду:дилонский фарфор тончайшей работы и серебряные столовые приборы. Лучшее для великого мага, дань уважения и глупости — ему совсем это не нужно. Перед ним так часто лебезили и пресмыкались, боясь, что он превратит в какую-нибудь ящерицу или лягушку, и маг уже отчаялся встретить кого-то, кто смело смотрел бы ему в глаза и ничего от него не требовал. Даже другие маги опасались его и всегда ждали подвоха от Мегинхарда, а он просто хотел спокойно жить.

Служанка наконец закончила сервировку, и другой слуга, красивый бледный юноша, внёс основное блюдо — жареную индейку, покрытую медовой хрустящей корочкой. Мегинхард знаком потребовал налить в бокал вина. Вдохнул, наслаждаясь терпким, чуть сладковатым ароматом, пригубил, катая жидкость на языке. Превосходный букет с тонким пряным послевкусием. Надо будет попросить у магистра бутылочку с собой.

В тот же миг двери столовой распахнулись, пропуская сэра Роберта и его невесту Лигею. Девушка вошла, чуть покачиваясь на ногах, как будто слабость ещё владела ею. Но нет, слабой она определённо не была, это Мегинхард определил сразу. Маг жизни всегда чувствует жизнь в живых существах.