Книга Власть кошмара и дар покоя, страница 4 – Диана Эванс

Илэйн вздрогнула, сжимая кувшин в руках так, что костяшки пальцевпобелели.

— Где я? — спросила она, и её голос прозвучал хрипло и неуверенно.

— В безопасном месте, — последовал ответ. Голос Сомнуса был спокоен, почти умиротворён. — Ты потеряла сознание. Поглощение… нефильтрованной сущности… требует огромных сил.

— Ты чуть не убил меня, — выдохнула Илэйн, опускаясь на край кровати. Сейчас, без адреналина и шока, она ощущала всю глубину истощения. Её душа была вывернута наизнанку, разум выскоблен дочиста.

Наступила пауза. Теневая пелена в проёме заколыхалась сильнее.

— Да, — наконец признал он, и в его голосе прозвучала тяжесть, похожая на сожаление. — Это был риск, но ты выжила. Ты… перенесла это. Впервые за века… боль отступила.

Он произнёс эти слова с таким изумлением, с такой нескрываемой надеждой, что у Илэйн сжалось сердце. Она снова почувствовала это — не страх, а ту самую пронзительную жалость. Это чудовище, этот Повелитель Кошмаров, державший в страхе целый город, был готов на всё ради нескольких мгновений передышки от собственного существования.

— Что ты со мной сделаешь? — спросила она, глядя на колышущуюся тьму. — Я твой пленник?

— Нет, — ответил он быстро, почти резко. — Ты… гость. Необходимость. Мой «дегустатор».

Это прозвище, произнесённое его голосом, звучало одновременно отталкивающе и интимно.

— Дегустатор? — повторила Илэйн. — Я не выбирала эту роль.

— И я не выбирал быть тем, кем я стал, — в его тоне впервые прозвучала горькая нота. — Мы оба пленники своих даров, Илэйн. Только твой дар может очистить яд, которым я вынужден питаться. Ты фильтр. Без тебя… безумие становится невыносимым.

Из тени в проёме медленно выплыло одно из тех самых щупалец — то самое, что было покрыто бархатистыми шипами. Оно не приближалось, просто зависло в воздухе, как бы предлагая себя для изучения.

— Ты боишься, — констатировал Сомнус. — Это разумно. Но ты также и испытываешь любопытство. Я чувствую это. Ты смотришь на меня и видишь не просто монстра. Ты видишь боль.

Илэйн молчала. Он был прав. Её дар делал её эмпатом до мозга костей. Она не могла просто ненавидеть. Она всегда видела корень, источник страдания. И источником страдания для всего города был он сам — вечно страдающее существо на троне.

— Что это была за рана? — тихо спросила она, глядя на щупальце. — Та, что на твоей… груди?

Щупальце дёрнулось, слегка отпрянув.

— Это портал, — прозвучал ответ после долгого молчания. — И язва. Через неё я впитываю страх, который поддерживает барьер и даёт мне силы. Но она же связывает меня с измерением, из которого я пришёл. С тем местом, откуда исходит настоящий ужас. Она никогда не заживает. Она вечно горит.

Он говорил, и Илэйн снова, уже сознательно, позволила своему дару прикоснуться к его эмоциональному полю. Она чувствовала невыразимую усталость. Века борьбы, вечная боль, одиночество, перед которым меркнет любое человеческое понятие об изоляции.

— И моё прикосновение… помогает? — прошептала она.

Щупальце медленно поплыло вперёд и снова остановилось в сантиметре от её колена.

— Это… тишина, — сказал он, и его голос притих, стал почти шёпотом. — Когда ты касаешься раны, яд, прежде чем достичь меня, проходит через тебя. И на мгновение… я чувствую не боль, а лишь отголосок твоего сознания. Твоего спокойствия. Это как глоток чистой воды в пустыне из пепла.