Книга Дело 13. Проклятая ассистентка, страница 63 – Аманда Бард

— Здесьдуши не спят, — тихо сказал Кассиан, подходя к ней. — Они просто... растворены в этом. — Он кивком указал на чёрную пучину. — Но да, это одно из древнейших мест. Оно было здесь до города. И, наверное, будет после.

Они медленно пошли по красноватому песку. Маша не могла оторвать взгляд от горизонта, где вдали на чёрной глади вздымались и рушились гигантские, беззвучные волны, похожие на тени гор, приходящие в движение. Они были высоки, как при шторме, но не издавали ни звука, и от этой тихой ярости захватывало дух.

— У нас... у нас на Земле тоже есть моря, — заговорила Маша, чтобы разрядить ошеломляющее молчание. — Они синие. Или зелёные. Или серые в непогоду. Они шумят. Пахнут солью и водорослями. И поют. Особенно ночью. А по берегу бегают чайки и кричат.

Кассиан слушал её, и на его лице было редкое выражение — не насмешка, а глубокая задумчивость.

— Звучит... шумно, — заметил он. — И пахнет, наверное, сильно.

Маша рассмеялась.

— Да. Но это хороший шум. И хороший запах. Это... жизнь.

— А здесь — вечность, — он остановился и посмотрел на чёрную воду. — Или что-то очень на неё похожее.

Она последовала за его взглядом, так увлекшись зрелищем этих безмолвных исполинских волн, что не заметила корягу, торчащую из песка. Нога её подкосилась, и она с глухим возгласом полетела вперёд, прямо на острые красные камушки.

Но падение не состоялось. Сильная рука обхватила её за талию, резко и уверенно прижав к себе. Она успела ощутить твёрдую мышечную стенку его груди, тепло его тела сквозь ткань одежды, прежде чем её ноги снова обрели опору.

— Спасибо, — прошептала она, запыхавшись, её щёки пылали. — Я, кажется, слишком впечатлилась.

Он не отпустил её сразу. Его рука осталась на её талии, а его ладонь, всё ещё державшая её руку, не ослабила хватку. Наоборот, его пальцы мягко, но неуклонно переплелись с её пальцами.

— Осторожнее, — сказал он, и его голос прозвучал как-то по-новому, низко и немного хрипло. — Песок коварен. А впереди ещё есть на что посмотреть.

И он, не выпуская её руки, повёл её дальше по берегу, туда, где вдали высились острые, как лезвия бритвы, пики сиреневых гор, у подножия которых мерцали крошечные, словно пойманные в ловушку, светлячки.

Маша смутилась. Её рука в его руке казалась такой маленькой и беззащитной. Ностранное дело — она не чувствовала себя беззащитной. Она чувствовала себя... на своём месте. И с тем, с кем должна была быть. Эта мысль была одновременно пугающей и невероятно тёплой.

Она вспомнила свои мимолётные интрижки в прошлой жизни. Скучные свидания в кафе, предсказуемые разговоры, поцелуи, которые ничего не зажигали внутри. Никто из тех мужчин не заставлял её сердце биться так, как оно билось сейчас — не от страха, а от чего-то иного.

Оно звучало по-другому. Будто внутри неё играла незнакомая, сложная и прекрасная симфония, которую она слышала впервые. Симфония, написанная специально для этого вспыльчивого, саркастичного, невыносимого и единственного в своём роде охотника, что вёл её за руку по берегу вечности. И пусть он не слышал этой музыки, она грела её изнутри, делая этот жуткий, нереальный пейзаж самым романтичным местом, где она когда-либо бывала.

Они молча стояли, наблюдая, как светящиеся существа — крошечные, похожие на пушистые шарики с крылышками-перинками — танцуют в воздухе, оставляя за собой следы серебристой пыльцы. Когда ночной холод окончательно проник под тонкую ткань платья Маши, Кассиан, всё так же не выпуская её руки, мягко потянул её обратно к «Кошмару».