Книга Королевство злодеев, страница 66 – Элла Филдс

В отличие от моей избранницы, у меня было несколько месяцев, чтобы все для нее спланировать. Хотя я не собирался жениться, но теперь радовался этому.

Однако я не собирался приводить в этот мир наследника, чтобы наградить тем же проклятьем, что подарила мне моя покойная мать. Даже если бы принцесса Благого двора нашла в себе силы терпеть мое присутствие, наслаждаться мною, как я наслаждался ею, счастливое будущее не наступило бы.

Как бы я ни желал подарить ей все на свете.

Уйдя от Кольвина, раздраженная и озадаченная миллионом незаданных вопросов, я обнаружила нарловов в их комнате.

В зубах у зверей торчали кости, еще больше костей валялось на полу. Мне хватило одного взгляда на перекошенные медвежьи морды нарловов, чтобы сдаться.

– Ладно, идите сюда.

Глаза-бусинки засветились, и звери кинулись ко мне по каменному полу, клацая по нему когтями. Из их пастей капала слюна. Как всегда, они столкнулись лбами в дверном проеме и стали грызться друг с другом.

– Хватит, – сказала я, но они, конечно же, не послушались. А может, просто не слышали меня из-за своего рыка и хрюканья. Я дважды хлопнула в ладоши, тоже зарычав. – Я сказала: хватит!

Они оторвались друг от друга, Хёрб оттолкнул Споджа, чтобы первым пойти за мной по коридору до моих покоев.

Теперь же Хёрб дремал возле камина, в котором до моего прихода горел огонь. Сподж играл с ложкой, которую я отдала ему со своего подноса: он облизывал ее и с фырканьем прижимал к носу, потом бросал на пол, чтобы услышать звон, и все повторялось.

Шли часы, а я лежала на кровати и смотрела на зверей, но не следила, что они делают. Я старалась не обращать внимания на свой халат и уж тем более не думать, что мне надеть для отдыха.

Аромат принца все еще висел в воздухе, будто он только что ушел – и специально сделал так, что этот запах остался на мне даже спустя время. Но и он будет ощущать мой запах, подумала я и наморщила нос, вспомнив его дерзость и упрямство.

Да, мы были связаны узами, но мне не стоило придавать этому такое значение. Из того, что я тайком прочитала за несколько месяцев после его освобождения из подземелья, – а ведь я никого не посмела об этом спрашивать, даже тетю Мирру, – нам не нужно было обращать внимание на узы.

Мы могли отвергнуть эту связь и надеяться, что судьба или сами богини солнца и луны сжалятся – и подарят нам другую. Но такие узы становились тем большей редкостью, чем больше слабела наша раса.

Возможно, я могла бы отвергнуть их. Может, поэтому я внутренне до сих пор отталкивала принца-дракона. Ведь если бы он не рассказал про меня своей королеве, каждый из нас пошел бы своей дорогой и, возможно, нашел бы другой объект для своих желаний.

Но сейчас становилось очевидно, что я не могла сбежать от него, что любая попытка поверить в то, что я не желала его или могла бы обойтись без него, как без своей пары, была тщетной.

Особенно из-за того, как я реагировала на его шрамы, на его потребность в той книге, которую могла открыть только я, и вообще на его присутствие. Я понимала, зачем ему книга, но не знала, к чему такая срочность, ведь ее содержимое могло открыться только мне.

Оставалось только спросить у Кольвина об этом напрямую, но и другие вопросы требовали внимания, соревнуясь за первое место. Самым назойливым и раздражающим оставался один, которого мне следовало избегать, – это желание близости.