Книга Курорт графини-попаданки, страница 37 – Глория Эймс

Буйная зелень, скалы, вода, мерцающая на солнце, и уходящая вдаль полоса пляжа — все дышит покоем и безмятежностью. Это как шикарный холст, на котором не хватает нескольких деталей для завершения картины.

Завораживающая красота природы резко контрастирует с убогостью комнаты, создавая странное, почти сюрреалистичное впечатление.

Подхожу к окну, и на мгновение все остальное перестает существовать. Забылись и затхлый запах, и облупившаяся краска, и нервозность Бодуэна. Остается только море, облака и ощущение невероятной свободы.

Бодуэн, словно боясь нарушить эту идиллию, замирает у двери, не решаясь что-либо сказать. Он лишь виновато улыбается, а затем тихонько кашляет, привлекая наше внимание.

— Сколько у вас посетителей в день? — спрашиваю я и по ошалелому взгляду хозяина понимаю, что размахнулась с вопросом. — Так, ладно, сколько в месяц приезжает?

Бодуэн переминается с ноги на ногу. Видно, что вопрос застал его врасплох. Он явно не привык к такому прямомуинтересу. Наконец, собравшись с духом, он неуверенно отвечает:

— В месяц… Ну, знаете, по-разному бывает. Зависит от сезона. Иногда двое-трое, а иногда и никого. Как вот сейчас.

Он смотрит на меня с надеждой, словно ожидая понимания. Я же, стараясь не выказывать разочарования, киваю. Цифры говорят сами за себя: гостиница явно переживает не лучшие времена. И дело тут, очевидно, не только в отсутствии ремонта.

— Понятно, — говорю я, отворачиваясь обратно к окну. — Что ж, спасибо, что показали комнату. Вид действительно прекрасный.

Бодуэн облегченно вздыхает и, кажется, даже немного расслабляется. А мне нужно время, чтобы обдумать увиденное. С одной стороны, убогость гостиницы отталкивает, с другой — этот вид из окна… Он словно притягивает, обещает покой и умиротворение.

— Слушай, ничего лучше все равно в окрестностях нет, — шепчет мне Юстас. — Ну хочешь, я тогда вложусь, если ты не готова рисковать?

— Да ладно, — насмешливо смотрю на оборотня. — Тоже хочешь быть в деле?

— Раз уж мое поместье герцога с его соратниками не интересует, заработать на нем я не смогу, — пожимает плечами Юстас. — Да я и не собирался его продавать, по правде говоря, разве что часть сдать в аренду. А тут — такая возможность рискнуть и начать что-то новое!

Его азарт передается мне.

— Хорошо! — и я оборачиваюсь к Бодуэну. — У нас к вам очень интересное предложение… И я уверена, что вы сможете оценить его по достоинству!

— Ты всю неделю была странной, дорогая, — громко и очень нарочито смеется Клаус, поправляя манжеты праздничного камзола. — Как будто у тебя появился секрет от меня!

— О да, — мило улыбаюсь в ответ. — Это сюрприз!

— Да ты меня балуешь, — хмыкает он.

Мы смотрим друг на друга в упор.

Его ухмылка скользкая, как змея, заползшая под камень. Подозревает ли он что-то? Или просто играет в свою излюбленную игру — заставляет меня нервничать. Я не подам виду. Соберу всю волю в кулак и продолжу играть свою роль.

— Ты же знаешь, как я люблю удивлять, Клаус, — продолжаю я, сохраняя ровный тон. Внутри все в напряжении, но снаружи — лишь спокойствие и легкая улыбка. — Сегодня особенный день, и я хотела, чтобы он запомнился тебе навсегда.

Он делает шаг ко мне, его глаза сверкают недобрым огнем. Я не отступаю. Пусть видит мою уверенность. Пусть думает, что он контролирует ситуацию.