Онлайн книга «Тайны темной осени»
|
— Оля, — выдохнули мы одновременно, глядя друг другу в глаза. Меня приморозило к стулу, вот опять: надо хватать смартфон, звонить маме, звонить сестре. А я сижу и хлопаю глазами и вспоминаю проклятую двухголовую куклу… Как она лежит на стуле, — это я потом пойму, что стул иллюзорный, — лежит и ухмыляется мне в лицо безглазым взглядом. Как можно ухмыляться без глаз и рта? Не знаю, не спрашивайте, но кукла ухмылялась. Её мерзкое присутствие ощущалось так плотно, так полно, что я едва не сорвалась переворачивать вверх дном всю кухню: чтобы найти, выбросить, обезвредить. Алексей между тем набирал Олю, и в том, как он подносил смартфон к уху, мне почудилось нечто обречённое. Как будто он уже знал, что… Но Оля ответила. Алексей поставил звук на общий, чтобы и я слышала тоже. — Лёшик, вы с Риммой там пьёте? —она всё понимала. Моя умная, мудрая, старшая сестра. Понимала. Смейтесь, если вам захочется посмеяться. Но после этого я ещё больше полюбила Ольгу. Мой родной, мой дорогой человек… Что бы я делала без неё… — Скажи ей, пусть осторожнее там. Машину пусть не водит! Там же горы, в Хосте-то. Серпантины. Виадуки. Масса мест, где можно гробануться просто так, без довеска в лице злобной силы, владеющей магией и желающей тебя извести… Странно было мне, не верящей ни в какую магию, сейчас бояться. Но куклы — были. Я их видела, видела! Сожгла одну, и едва сама не сгорела в болезни. Сбросила со стула вторую — и не стало тёти Аллы, кинувшейся с балкона на асфальт. Факты. Самые упрямые в мире вещи. — У, мать, — сочувственно сказал Алексей, — да ты упилась… — Кто упился? — возмутилась я. — Я упилась?! Да я трезвая аки стёклышко! — Стёклышко, давай ложись. Завтра будет непростой день, — и он решительно смёл со стола выпивку и остатки нарезки. А я вдруг обнаружила, что не могу встать. При ясном — относительно! — сознании ноги отказывались шевелиться. Чёрт, вправду упилась. Полбутыли беленькой — многовато, Римус. Тебе — мгновато. Алексей помог добраться до постели. Я упала, как была, не раздеваясь и даже не снимая обуви, свернулась в комок, на меня набросили плед. И, перед тем, как сознание погасло, я успела подумать, что про типа в плаще бомжа не рассказала. А зря, рассказать было надо. Я его уже в третий… нет, в четвёртый раз! — вижу. Во дворе, у трупа, выбросившегося из окна, в туман на стрелке Васильевского острова, с этой лодкой его странной, явно не местной, потом снова во дворе, как раз перед тем, как обнаружила в своей квартире куклу. И возле наших домов… того, что от них осталось… во Всеволожске. Мысли путались. Ответ брезжил где-то на поверхности, но никак не желал вылезать на ясный свет разума, это бесило меня неимоверно. Что это за мужик такой странный. Может, он и есть тот долбанный маг? Может, именно он — убийца? Я вспоминала ледяной взгляд ярких, словно фонарики, голубых глаз и поневоле ёжилась от ужаса, катающего в желудке ледяной осклизлый ком. Даже сквозь призму памяти от него тянуло жутью, чёрными скалами под чёрным небом и чёрной пыльной водой из чёрной же реки забвения. Не дай бог ещё раз его встретить! ГЛАВА 4 На работе ждал сюрприз. Официально, высочайше, утверждённый дресс-код, по которому отменялась удобная одежда, джинсы и свитер, и вменялась в обязанность какая-то лимонно-жёлтая хрень, с юбочкой-карандашом для девочек. Я вкуривала приказ и медленно, но неотвратимо сатанела. |