Книга Вино и вина, страница 104 – Марина Йелс

– А теперь подумай-ка ещё раз и скажи – ты всё ещё считаешь, что сделал правильный выбор?

Ален больше не знал.

София стояла на пороге родительского дома, не решаясь войти. Она знала, что предстоящий разговор выльется в скандал, но понимала, что избежать его уже невозможно. В голове роились тысячи вопросов, на которые не было простого ответа.

«Что я должна сказать? Рассказать о своём даре? Сразу спросить про аварию?» – она так сильно теребила заусенцы, что на пальце выступила кровь.

София осознала, что стоит потянуть за одну ниточку, и придётся распутывать весь клубок. Как отреагируют её родители, когда она заявит, что обладает «волшебным даром», и её желания исполняются? Что они подумают? Может, решат, что у неё помутился рассудок и предложат обратиться к врачу? Или, что ещё хуже, прекратят с ней общение? Одно дело, когда подобное говорит ребёнок – это легко списать на фантазии, – но взрослый человек? А как они отнесутся к тому, что она встретила мужчину, который хочет отомстить месье Дювалю за преступление, которое тот не совершал? София понимала: если кто и виноват во всей этой ситуации, то это она сама. Но это не отменяло вины её родителей за то, что они скрывали правду.

А как поступить с месье Дювалем? Прийтик нему и рассказать всё, как есть? Признаться, что Бен хочет отомстить за смерть их родителей? Но ведь она не знала, как месье Дюваль избежал тюрьмы и почему даже не попытался помочь оставшимся без попечения родителей сиротам. Но даже так – вправе ли она винить его в этом, если аварию спровоцировал не он?

Время играло против неё. Каждая минута промедления лишь усложняла ситуацию. Да, она могла бы просто пожелать: «Хочу, чтобы Бен забыл о своей мести», но София знала, что это не сработает. Во-первых, Бен из-за своего дара обладал некой защитой против её силы, и одного её желания будет недостаточно, чтобы сбить его с курса. Он должен сам осознать бессмысленность своей мести и отказаться от неё.

А во-вторых, нельзя забывать, что из-за её чувств к Бену, дар уже наверняка начал слабеть, как тогда с Даниэлем, и она уже не могла в полной мере полагаться на него.

Но, прежде чем сделать выбор – бороться с Беном или отступить, нужно выслушать версии всех сторон. Она позвонила в дверь.

Оливия Бернар никак не ожидала увидеть на пороге свою дочь, ведь София никогда не приезжала без предупреждения. Изумление на её лице быстро сменилось радостью. – Дорогая! Боже мой, – воскликнула она, обнимая Софию, – почему не позвонила? Ну заходи же, проходи скорее!

– Привет, мама. Прости, что без звонка. Папа дома? – спросила София, заходя в дом.

Она скинула плащ и, по привычке, аккуратно повесила его на крючок в прихожей. В доме Оливии царила чистота, и здесь всегда было принято разуваться у входа.

– Папа в гараже, купил какую-то новую полку, хочет навести там порядок. Как ты, дорогая? Какие новости? – Оливия с улыбкой посмотрела на дочь.

– Всё хорошо, мам. Можешь пока сделать нам кофе? Я схожу за папой, нам нужно поговорить.

София старалась, чтобы её голос не выдавал волнения. Им и так предстояла серьёзная эмоциональная встряска, незачем усугублять.

Жак Бернар напевал что-то себе под нос, одновременно с этим пытаясь прикрутить железный стеллаж к стене.

– Привет, пап!

Обернувшись, Жак увидел Софию.