Книга Вино и вина, страница 147 – Марина Йелс

Это взбесило Кэла ещё больше.

– Хватит! – взревел он. – Отправляйтесь в ад, вы оба!

Бен и София одновременно подумали, что, скорее всего, это их последние мгновения на земле. Бен вновь закричал, вложив в свой крик всё отчаяние и боль:

– Кэл, я умоляю тебя! – Бен вложил в эти слова всё отчаяние и боль.

– Должно быть, впервые в жизни, – Кэл лишь рассмеялся в ответ.

Его глаза встретились с глазами Бена. Бен что-то шептал, но Кэл не расслышал.

– Прощай, Бен, – холодно бросил он.

Прогремел выстрел.

София в ужасе смотрела на Бена, ожидая, что тот сейчас упадёт на землю. Но он устоял на ногах.

Пуля прошла сквозь плечо Бена, и в первые мгновения он даже не почувствовал боли.

А в следующий миг к их ногам упал Кэл.

Бен пошатнулся и стал оседать со стоном.

София закричала.

Детектив Жерар Верн привык возвращаться домой под утро. Брак с женой трещал по швам, и легче было вовсе не встречаться с ней, чем выслушивать бесконечные упрёки при каждом их столкновении.Работа отнимала почти все силы, а той крупицы, что оставалась, не хватало на очередной раунд выяснения отношений. Каждый день он думал о разводе, но никак не мог сделать первый шаг. «Было бы проще, если бы она мне изменяла», – думал он, в очередной раз взвешивая в голове все за и против.

Он сверился с навигатором. Неважно, как долго он жил в Париже, никогда в этом городе не закончатся неизвестные ему улицы. «Чёрт меня дёрнул ехать этой дорогой, ну и где я?» – раздражённо подумал он. Месье Верн оказался здесь потому, что караулил допоздна одного «скользкого типа», как того охарактеризовал шеф. Подозреваемый в наркоторговле не оправдал ожиданий, по крайней мере, сегодня. «Так и запишу в отчёте: напился до блевотины и вырубился в гараже», – размышлял детектив. Он был мелкой сошкой, и Жерар нутром чувствовал, что это не та рыбка, за которой стоит гоняться.

Месье Верн ехал мимо спящих домов, вдруг его машина заглохла. Он выругался, вспомнив, что уже давно не менял аккумулятор. Внезапно из-за угла донёсся грохот, от которого Жерар вздрогнул.

Он замер на мгновение, а затем побежал на звук. Едва выглянув из-за угла, он тут же отступил, скрываясь в тени. Перед ним предстала следующая картина: в стену дома влетела машина, а рядом стояли женщина и двое мужчин. Женщина и один из мужчин стояли рядом, лицом к нему, а другой – напротив них, и в его вытянутой руке Жерар заметил пистолет. Он тут же извлёк собственный пистолет из кобуры. Благо, он оказался в зоне разбитого фонаря, скрытый от их глаз. «Что здесь творится? Ограбление? Разборка с любовником?» – лихорадочно прикидывал Верн.

Люди о чём-то спорили. Он уловил обрывки разговора:

– Хватит! Отправляйтесь в ад, вы оба!

– Кэл, я умоляю тебя!

– Должно быть, впервые в жизни. Прощай, Бен.

Тело действовало на автопилоте. Годы тренировок и профессиональной выдержки. Секунда на то, чтобы занять позицию, секунда, чтобы прицелиться. Он спустил курок.

Детектив Верн был лучшим стрелком в отделе.

За окном шёл дождь, и оконное стекло покрылось сотнями капель, вспыхивающих, словно жемчужины, в отблесках света. София не знала, сколько прошло времени – оно будто остановилось в тот момент, когда Кэл рухнул лицом вниз на землю, а потом пошло вновь, но как-то неправильно. Секунды растягивались в минуты, а минуты превращались в часы бесконечного ожидания. Но ожидания чего? София снова и снова задавала себе этот вопрос, но не находила ответа.