Книга Евсения, страница 55 – Елена Саринова

Я неслась по ночному лесу. Неслась по следу незатейливой музыки, даже не задумавшись и на долечку, что ждет меня на другом конце ее узкой светящейся ленты. А когда, вынырнув у самого края холма, замерла, пытаясь вглядеться в темень ночи, лишь облегченно выдохнула и вновь припустила по склону… Ну, конечно, кто ж еще это мог быть… Стахос, стоящий у тына, посреди спящего луга, обернулся ко мне и оторвал от своих губ свистульку. Потом улыбнулся, как-то неуверенно:

— Я решил, что, чем больше думаю, о том, «кто ты», тем меньше мне хочется знать ответ.

— Ты пришел сюда, чтобы об этом сказать? — подошла я к мужчине вплотную, выравнивая дыхание.

— Не-ет. Я, в конце концов, и сам понял, что мне это совершенно безразлично.

— А-а… Тогда, зачем ты здесь? И откуда у тебя мой кентавр?

— Так это кентавр? — усмехнулся, вдруг, он и покачал головой. — Понятно… Я его случайно нашел в траве, недалеко от вашего дома, когда днем к тебе приходил. А тебя не было.

— Так ты еще и днем приходил?

— Угу. Познакомился, точнее, пытался познакомиться, с твоим дедом. И ты знаешь, вы с ним похожи.

— Интересно, чем? — с прищуром посмотрела я на мужчину.

— А он тоже меня прогонял, — засмеялся Стахос. — А потом вслед еще крикнул, в ответ на мой вопрос: «Почему мне нельзя с тобой видеться».

— И что именно? — вмиг насторожилась я, прекрасно зная силу волховецких проклятий.

— Он крикнул… — припоминая, скосился в сторону Стах. — «Понеже, ты, кмет… нахвальщик». Да, точно так. А что это означает?

— Сущую правду в твоем случае, — выдохнув, облегченно засмеялась я, откинув назад голову. — Он сказал: «Потому что, ты, парень — нахал».

— А-а-а… Ну, здесь, я согласен. Только, причина не уважительная. Нужна другая.

— И какая же?

— Какая? — всерьез задумался мужчина. — Я такой не знаю. А ты, Евсения? — с улыбкой посмотрел он на меня.

— О-о… У меня их — целое озеро. Да только… — смолкла я, а потом, вдруг, сама ошалев от собственного желания, сделала последний, разделяющий нас шажок, и ткнулась лбом в плечо Стаха. — Да только я не хочу назад на то озеро. А что будет дальше, совсем не знаю.

Мужчина от неожиданности замер, а потом, осторожно, будто боясь поверить в произошедшее, прижал меня к себе:

— Евсения, позвольмне сказать то, что я знаю?

— Говори, — вздохнула, не отрываясь от его тепла.

— Мы с Храном приехали сюда, в Букошь, по одному… очень важному делу. И я ему посвящал все свое время, ни на что другое не отвлекаясь и думая лишь о том, как бы поскорее с ним покончить и отсюда свалить. А потом…Ты меня слушаешь?

— Ага. Вы здесь — проездом. Я поняла.

— Ну да… — вздохнул Стах. — А потом я встретил тебя. И как-то все сразу изменилось. Встало с ног на голову: и где теперь самое главное, а где — второстепенное?.. Евсения, я не знаю, кто ты, но, я уверен в тебе, как в части собственной души. Потому что ты и есть — я, моя душа. Как отражение в божественном зеркале… Ты меня понимаешь? — склонил он ко мне голову.

— Я — это ты?

— Да. Как две половины одного целого. И я… я люблю тебя, моя единственная половина. И хочу, чтобы все твои беды и страхи стали и моими. Чтобы я смог тебя от них защитить.

— Стахос, — отстранилась я от него. — Ты не ведаешь, о чем говоришь. Какие «беды» собрался на себя взваливать. Ты сам — одна большая «ходячая неприятность». А тут еще мое… Что? — и замолчала, глядя в прищуренные глаза мужчины. — Почему ты на меня так смотришь?