Книга Измена. Я (не) буду твоей истинной, страница 90 – Адриана Вайс

Я расстегиваю замочек цепочки, чтобы защелкнуть ее уже на своей шее. Немного непривычно, учитывая, что цепочка немного тяжелее женских. Но как только я чешуйка касается моей груди, я сразу чувствую едва заметные колебания, которые исходят от нее. Чешуйка будто пульсирует в такт моему сердцебиению.

Это очень странное чувство. Однако, оно не пугает, а, наоборот, будто вселяет уверенность и решительность.

– Спасибо тебе, – не знаю под воздействием этого амулета или нет, но с моих губ неожиданно даже для самой себя, вырываются искренние слова благодарности.

– Береги его, он очень много для меня значит, – совершенно серьезно отвечает Даррек, а при взгляде в его глаза, которые провожают амулет, читается неподдельная боль и печаль.

– Я буду его беречь, – киваю я и убираю чешуйку под платье, – Но… у меня вопрос. Если дракон-основатель защищает членов своего рода, то зачем твоя мамасделала его для тебя?

Даррек отшатывается от меня, будто я ему залепила пощечину и отводит взгляд. Я же испуганно замираю, не зная как реагировать. Я сказала что-то не то? Или напомнила ему о чем-то болезненном?

– Потому что основатель не защищает членов собственного рода друг от друга, – наконец, тяжело сглатывая, говорит он.

– Это как? – робко спрашиваю я, ничего не понимая из его слов.

Даррек отворачивается и медленно возвращается к столу. Ставит на него руки и тяжело облокачивается. По его напряженной спине я понимаю, что, сама того не желая, задела его больное место. И, вроде бы, где-то в самой-самой глубине я чувствую едва заметное злорадство. Пусть, после моих мучений, Даррек сам на собственной шкуре ощутит какого это. А с другой, при взгляде на него сейчас, мое сердце сжимается от сожаления.

– Моя мать была чистокровным драконом…

Голос Даррека внезапно так сильно меняется, что я даже вздрагиваю, потому что мне кажется, что в комнате появился кто-то третий. Куда-то исчезает его твердость, уверенность и теперь он звучит глухо и взволнованно.

– …только, в роду Блейков это ничего не значит. Когда к власти пришел мой отец, Дарлонг, он первым делом принял запрет на передачу власти по женской линии. Не важно была женщина драконом или истинной, для него это не значило ничего. Зато, он был помешан на идее оставить после себя наследника, который был бы сильнее и величественнее, чем он. Дарлонг полагал, что только так наш род станет сильнее.

Даррек на секунду останавливается и я забываю как дышать. Настолько боюсь спугнуть его откровение.

– Сколько себя помню, он всегда занимался моим воспитанием. Магия, фехтование, рукопашный бой, он лично обучал меня всему… правда, делал это особенно жестоко. Его тренировки были больше похожи на избиение. Вдобавок, когда он терял терпение и ему казалось, что я не уделяю должного внимания нашим занятиям… он устраивал настоящую бойню. Швырял в меня, которому было десять лет, такие заклинания, которые могли бы покалечить взрослого дракона. Резал меня копьями и мечами, когда я не мог парировать его удары. Валил на землю и бил до тех пор, пока я не терял сознание.

От ярких картин, которые разворачиваются перед моими глазами, у меня на глаза наворачиваются слезы. Ни за что не подумала бы, что детство Даррека былонастолько мучительным.

– Несколько раз все чуть не закончилось печально. Меня смогли спасти только чудом. Именно после одного из таких случаем, моя мать, Диана, и сделала этот амулет. Она оторвала чешуйку от своей груди, прямо напротив сердца и зачаровала ее. Для дракона это место является особенным. Новая чешуя отрастает очень долго, поэтому хоть с зияющей дырой напротив сердца, сродни самоубийству. Но для нее я был гораздо важнее собственной жизни.