Книга Больше не жена дракона, страница 17 – Кристина Юраш

Я чувствовал, как боль вырывается отчаянным, болезненным смехом.

— Наслаждайся! Я доведу эту войну до конца. Не поверишь, я не люблю Арузу так же, как и ты. Посмотрим, какой из меня полководец… Но для начала я найду тех, кто это сделал с моей сестрой. Знаешь, тёмная магия даёт некоторое осложнение на личность. Поэтому у меня очень специфические вкусы и очень тёмная и богатая фантазия!

Во времена моих предков этот ритуал длился минуты. Несколько последних минут их жизни хватало, чтобы сбить дракона с небес или сразиться с другим драконом.

Я изменил его. Усилил. Чтобы уничтожить своё тело, чтобы вселиться в тело генерала, вырвать осколок его личности из души дракона и занять его место. И дракон ничего не заметил. Он так и не понял, что у него сменился хозяин.

Я не собирался сбрасывать его в пропасть. Нет. Мой план был проще. Мне нужны были часы, месяцы, быть может, годы…

Чтобы генерал Альсар каждый день просыпался в собственном теле — и знал: это не его рука подписывает документы. Не его губы отдают приказ. Не его сердце бьётся чаще, когда враги объявляют капитуляцию.

Карты местности мне были не нужны. Я знал эту местность наизусть. Поэтому битва была короткой и закончилась полной победой Империи и капитуляцией Арузы.

Мне нужна была эта победа. Чтобы вернуться домой. К нему домой. К той, кому он писал нежные письма… И заставить его почувствовать мою боль.

Дверь скрипнула.

Я не обернулся. Смотрел в огонь — в его пляшущие языки, в его обманчивое тепло, которое не согревало.

Но дракон, с которым я слился сознанием, чтобы вытеснить оттуда генерала, почувствовал её раньше, чем я услышал шаги. Кожа на затылке напряглась. Плечи — те самые, что несли доспехи сквозь пески Арузы — дрогнули. Опять этот запах. И мне придется им дышать… Снова… Чайная роза. Терпкая. Сладкая. Проклятая.

— Господин генерал, — произнёс доктор. Голос мягкий, как бархат на гробу. — Рад, что вы вернулись с победой.

С победой! Прекрасно! Я оказался не только магом, но и полководцем. Учись, генерал. Ты бы проиграл сражение. Ты не знал, что там есть ров. Он скрыт за деревьями. Или ты думаешь, что полетать над местностью, пошуршать старыми картами и послушать разведчиков достаточно, чтобы разведать ее?

Я медленно повернул голову.

Она стояла за спиной старика — не прижавшись к нему, не прячась за его плечом. Прямо. Спина прямая, подбородок чуть приподнят. Глаза еще влажные от слёз.

Но она не выглядела сломленной.

На шее — красные полосы от моих пальцев. Не скрытые шарфом. Выставленные напоказ.

Так, так, так, мне должно быть стыдно. Сейчас буду стыдиться. Они же пришли сюда за моим стыдом? За моим раскаянием? За моим «прости меня, любовь моя»?

Она смотрела на меня с внимательностью сыщика. Следила за каждым моим движением. Как я держу кружку, как сижу. Словно пыталась найти что-то, что станет уликой против меня.

А она умница… Догадалась…

«Дорогая моя, война меняет людей!» — усмехнулся я. Да, я левша. Но всегда могу списать это на травму руки. Не думай, что ты хитрее меня.

«Она знает, что ты не он!» — пронеслось внутри.

— Конечно. Дессалина… — произнёс я. Имя далось с трудом — как глоток расплавленного стекла. Но я произнёс его правильно. Знал его. Знал её. Знал, что она пьёт чай с лимоном по утрам, что любит книги, где героиня сбегает от судьбы, что на левой лодыжке у неё родинка в форме полумесяца.