Онлайн книга «Рассказы 5. Обратная сторона»
|
– Подержи-ка… – Грызик торопливо впихнул Бергу драгоценный сосуд с бодрящим и зацепил клешней деревянный мундштук из мешочка на поясе. После чего заскрежетал по добыче зубами, полностью оправдывая прозвище. – Совсем невмоготу? Бывший вестовой торопливо кивнул. Дальше шли молча. Настроение Цуката вновь упало до высоты змеиной задницы. Не очень-то приятно жить с мыслями о том, что может выкинуть твое «порченое» тело на следующий день. Живой (вроде бы) пример всегда перед глазами – холм постоянно дрожащей плоти посреди Санатория. При ближайшем рассмотрении еще можно разглядеть клочья волос на желтоватой шкуре, обрывки каких-то тряпок… Даже смутные черты лица на вершине этой… этого… Но близко подходить желающих особо нет. Кто был сей бедолага, никто уже и не помнит. Звали его просто – Куча. При их приближении Куча вывалил из складок несколько отростков, испражнившихся в грязь какой-то слизью. Приветственный салют, так сказать. Цукат негромко выругался… И тут же упал на колено, хватаясь за сердце. Причина была самая веская – из-за Кучи выпрыгнуло нечто маленькое, взлохмаченное и сплошь покрытое бурой коростой. – Бу! – Пощады, отважнейшая! – взмолился Цукат. Довольная произведенным эффектом, девчушка со смехом повисла у него на шее. – Ага, испугался? – Еще бы! А ты чего под дождем скачешь? Извозилась вся… – Мы с дядей Кучей играли! – и добавила шепотом: – С ним скучно очень, только ты ему не говори. Чтоб не обижался. Берг потрепал ее свободной рукой по голове. – Умница… Кстати, дядя Грызик! Отис для лягушонка нашего ничего не передал, случаем? Не переставая мусолить мундштук, Грызь кинул им завернутый в тряпицу кусок сахара и заграбастал упавший в грязь бочонок. Цукат не выдержал, отвернулся. Он знал, что будет дальше. Тряпица идет за пазуху – на одежду кукле. На миленькой, несмотря на густую коросту, мордашке расплывается улыбка… А в следующий миг маленький ротик превращается в раскрытую до ушей пасть с игольчатыми зубами, в которой с хрустом исчезает лакомство. Эх, Тилли, лягушонок ты наш… Тебя-то за что? – Будешь? – она подергала его за ухо и протянула половину лакомства. – Да ты ешь, ешь, – Цукат вымученно улыбнулся. – А я зубы поберегу. Я ж не Грызик. – Мама говорила много не кушать, – наставительным тоном объявил девочка. – А то животик болеть будет. Но сахар все-таки дохрумкала. Дальше они шагали под непрекращающийся поток вопросов и предположений. Почему на юге так тепло, а тут так мокро? И когда они поедут в метрополию? А почему дядя Отис не с ними в Санатории – он же тоже не как все, руки-то нет! А демонологи такие мрачные, потому что с ними никто играть не хочет? Вот и Дворец – самое большое и добротное здание в Санатории. Тут собрались те, кто еще не махнул на себя рукой. Законопатили щели, прочистили дымоход, крышу подлатали – вполне сносно вышло. Хотя, как ни топи, от сырости даже там не спрятаться… Едва они зашли, Тилли спрыгнула с рук и кинулась к общему котлу. Очень она гордилась своей ролью раздатчицы… Ну и покушать любила, конечно. Цукат сразу двинул к Клину – тот, присев на колченогий табурет, строгал для Тилли куклу. Пользовался он при этом не только маленьким ножом, но и костяными наростами, которые повылезали у него по всему телу. Кулаки так и вовсе бугрились шипами, как перчатки аренного бойца. Рядом, похожий на изготовившуюся к броску гончую, застыл на корточках Молчун. Воздух гудел от множества голосов: |