Книга Рассказы 17. Запечатанный мир, страница 43 – Олег Савощик, Ольга Кузьмина, Ольга Рэд, и др.

Может, он не так хорош, как Критик, но держать себя на поводке, как поставщика талантов, гэбистам не позволит. На первое время его бесхитростных манипуляций должно хватить, чтобы спутать следы, а там придумает еще что-нибудь. Попросит о помощи организацию.

– Федор, в соответствии с Законом «‎Об обязательной регистрации граждан в Сети», иметь больше одного действующего аккаунта запрещено.

Федор замер. У него пиратская версия Лары, хорошая версия. Настолько, что стоит втрое дороже лицензии. Почему ей не вырезали это предупреждение?

– Так сделаешь? – осторожно переспросил он.

– Конечно. Чувство юмора можете настроить в…

Пока ждал машину, Федор Михайлович с беспокойством думал о прощальных словах полковника. «‎Он ведь и вправду уверен, что вы знакомы». Тогда Федор ничего не ответил.

Конечно, они знакомы. Он узнал Балтинского, едва переступил порог допросной. В прошлом перспективного живописца, одного из первой сотни, кто согласился принять участие в исследовании талантов двадцать лет назад, когда приборы занимали целую комнату, а обработка данных могла длиться неделями.

Что же с ним стало? Можно ли было это предвидеть? Ведь если талант угадывается по одному-единственному проявлению – чтобы угадать характер, требуется продолжительное время и постоянное общение.

Обычно вместе с талантом люди теряют и страсть, она остывает быстрее забытой в пепельнице сигареты. Чувство утраты пройдет, лишь если вовремя переключиться.

Но Балтинский, видимо, так и не смирился с творческой импотенцией. Каждая работа теперь казалась ему хуже предыдущей, он застрял, не в силах перешагнуть на следующую ступень, и то, что он раньше воспринимал в себе как золото, покрылось темными пятнами.

Тогда он стал Критиком. Сам того не зная, заполнил пустоту. Отточил новый талант.

Федор Михайлович подумал, что обязательно занесет эту версию в отчет.

* * *

Нелепо.

Пошло.

Вторично.

Скучно.

Третий день Федор Михайлович просматривал работы финалистов. Талант, как птица, гнездится где захочет: иногда в глухой тайге, иногда в ухоженном парке. Своих птиц менеджер ловил на конкурсных площадках.

Из полутора тысяч заявок до лонг-листа добралось пятьдесят. Федор внимательно читал один синопсис за другим, лишь изредка, заинтересовавшись, открывал сценарий. Часть из них станет ярким и высокобюджетным попкорном для зрителя.

Ждать решения жюри и оглашения победителей смысла не было, по опыту Федор Михайлович знал – то, что он ищет, вряд ли займет пьедестал, но будет где-то неподалеку.

Закончив, он откинулся на диване и устало потер переносицу. Отобрал двоих. Двоих из пятидесяти, в ком заметил искру, которую при должном подходе можно развить в пожар. Пламя его способно сжечь все на пути будущего таланта, обернуть пеплом привычные границы.

Надо будет написать тем двоим, предложить «‎тест на творческие способности». За хорошие деньги, разумеется. И обязательно упомянуть их в отчете.

Но сначала – взбодриться.

Федор отложил ноутбук. Удобнее было бы выводить изображение прямо на стену, управлять голосом и жестами, но мужчине нравилась тяжесть компьютера на коленях, тихие щелчки клавиатуры и кнопок мыши.

– Лара, сделай кофе. Как обычно.

– На двоих?

– Что?

– К вам гость из госбезопасности.

Федор Михайлович вскочил.

– Не впускай! Скажи, что меня нет!