Онлайн книга «Рассказы 18. Маска страха»
|
– Куда? Куда, собаки трусливые? Всех перевешаю! А ну обратно! – рычал Морж-Казак. – Первый ряд – перезаряжайсь! Второй ряд – товсь! Пли! Вновь воздух наполнился грохотом. Пищали разили кричащих на бегу чукчей, прошибали дыры в кожаных доспехах, выбивали глаза, сносили конечности, но те, точно не замечая боли, продолжали продвигаться вперед. Одному из луароветланов разорвало рукав, и Кайнын увидел черный от татуировок локоть. «По точке за убитого» – вспомнилось невпопад. – Суки, да когда ж вы… Эй, толмач! А ну лалалнын, будь он неладен! Зашевелились коряки артиллерийского расчета, подавали Кайныну шест с подожженным фитилем, не решаясь своими руками будить железного зверя. Сам толмач долго и недоуменно смотрел на догорающий шнур, будто вспоминая, что с ним надо делать. – Дай сюда, малахольный! – рыкнул медведеподобный сотник, вырывая из рук Кайнына шест. Посмотрел странно, точно хотел сказать что-то еще, но вдруг пустил кровавую пену на бороду, выпучил зенки и осел наземь, открывая глазам коряков облик своего убийцы. – Лалалнын! Да пли же, холера тебя раздери! Но Кайнын не слышал. Ужас сковал его по рукам и ногам, пригвоздив к сырой, холодной земле, и казалось, точно он промерзает и сам изнутри от зрелища столь страшного и неестественного, что хотелось выколоть себе глаза, лишь бы не видеть этого. Артиллерийский расчет бежал, едва завидев тупилака. Высокий, весь усеянный острыми клыками, бивнями и когтями, он был украшен окровавленными перьями, а на голову на манер накидки была надета шкура какого-то безволосого животного. Когда зазубренный коготь вошел Кайныну в глотку, и жизнь багровым ручейком принялась покидать его тело, в последнюю секунду он все же успел подумать, что шкура, скрывающая лицо чудовища, очень похожа на кожу освежеванного ребенка. * * * Тупилак неистовствовал на поле боя. Накачанные шаманскими зельями черноруки выдержали два залпа гром-железа. Третьего же не последовало. Стрелы с костяными наконечниками карали дальний ряд стрельцов, пронзая их полушубки. Те же псы Белого Царя, что рванулись в сабельную атаку, нарывались на копья. Луораветланы споро и деловито наматывали кишки двуногой нечисти на орудия, без пощады добивали павших и перли вперед в молочно-белесом тумане. Речка ниже по течению становилась нежно-розовой, и казалось, что солнце лежало там, на родине, у океана, у края бездны. Сам тупилак, будто в трансе, танцевал меж дерущимися, перерезая глотки костяными кинжалами, кромсая лица когтями, выдирая глаза и лавируя меж разящими ударами сабель и тычков копий. Где-то вдалеке слышалась страшная ругань, и, привлеченный необычным звуком, мстительный демон рванулся туда. Морж-Казак был хорош. Луораветланы напрыгивали на него чайками-поморниками со всех сторон, но он вертелся волчком, размахивал саблей, раздваивая тулова и головы. Разражалось огнем в его руках гром-железо, прошивая кожаные доспехи насквозь. Увидев приблизившегося тупилака, Павлуцкий на секунду даже застыл от удивления. Глаза в прорезях шлема из содранного наживую детского личика были черные от злобы, нечеловеческие. – Дитенка-то… Зачем? Это и стало его погибелью. Свистнула веревка. На шее бравого майора затянулся аркан, набухли жилы на лице, выпучились глаза. Махая саблей наугад, он хрипел: |