Онлайн книга «Рассказы 35. Главное – включи солнце»
|
Кожа стремительно плавилась и чернела. Серые ошметки отлетали медленно, как снежинки. Он горел. Эддик силился сделать вдох, но легкие будто сжались, как смятая бутылка. В животе, под легкими, образовался огненный шар – пламя растеклось до кончиков пальцев, и Эддик, выгибаясь от боли, истошно заорал. Дикий крик раздирал его горло, пока огонь не поглотил Эддика целиком. * * * Кто-то с усердием пинал Эддика по ноге. Он попробовал разлепить веки, но тут же снова их сомкнул: свет резал глаза. Позади вдруг послышался тихий голос соседки: – Сынок, ты кто будешь-то, а? – Старушка встревоженно ойкнула. – Эддик! Ты, что ли? Он только и смог что выдавить из себя слабое «угу». – Ох, как измени-и-ился… Ты чегой-то на полу лежишь, а? Еще и голый совсем, ой… Голый? Эддик пошарил рукой и нащупал тонкую, мягкую ткань, укрывавшую нижнюю часть его тела. Точно, он же горел. Наверно, одежда сгинула в огне. Эддик хотел поинтересоваться у старушки, сколько он так провалялся, но язык приклеило к небу. Она же тем временем осуждающе поохала. – Раз живой, пойду я тогда. Платок оставь себе. Но ты б, сынок, заканчивал-то с этим делом – ты же такой хороший мальчик… Тяжело шаркая тапочками, соседка вышла и захлопнула за собой дверь квартиры Эддика. Он полежал еще немного, прежде чем перекатился на живот и попробовал подняться. Сделать это оказалось труднее, чем он ожидал: руки и ноги скользили по пеплу, голова кружилась, а тело немного потряхивало. Встав со второй попытки, Эддик приоткрыл один глаз и, отстраненно отмечая, что не слышит собственных шагов, практически вслепую дошел до кухни, где вволю напился воды. Вестибулярка все еще пошаливала. Эддик едва не упал на спину, утягиваемый невидимой силой, а потом накренился влево и задел стакан. Тот разбился с оглушительным треском. Недовольно цокнув, Эддик продрал глаза и опустился на корточки, чтобы собрать крупные осколки, но в следующий миг подскочил. Он не мог поверить. По локоть и колено его конечности были покрыты алыми перьями. На пальцах ног отросли блестящие черные когти, круто изогнутые книзу. Эддик понесся в ванную – и не узнал отражение в зеркале. Мелкие перышки обрамляли его лицо, переходя на шею. Уши прижались к голове. А за спиной… – Охренеть, – выдохнул Эддик, разглядывая два гигантских крыла. Верхними краями они возвышались над ним на добрые две головы. Гладкое оперение из ярко-красного переходило в бордовый на маховой части. Эддик попробовал подвигать ими. Сперва ничего не выходило, а затем правое крыло вдруг резко дернулось, сшибая полки, штангу со шторой, мыльницу и бутылку шампуня. Эддик с восторгом оценил разрушения, закрыл лицо руками и засмеялся. Смеялся долго и истерично, до боли в животе. Это же все означает, что Кастян больше не сможет назвать его человеческим выродком, и что на одиннадцатой странице паспорта в графе «раса» больше не будет стоять унизительное «неопр.», и что в армии его распределят в элитную воздушную часть, и что по крайней мере один его родитель точно был существом. Эддик натянул штаны, распахнул окно. Порыв ветра едва не сбил с ног, однако холода Эддик не почувствовал – наоборот, его тело будто подогревалось внутренней печкой. Он интуитивно пошевелил спинными мышцами – крылья, пару раз нелепо взмахнув, расправились во всю ширь и тут же собрались, свалив Эддика на пол. Да уж, ему срочно нужен толковый учитель по полетам. И работа на полставки. |